Новое «гражданское правление» военных оказалось таким же фарсом, как и все прежние «правовые инициативы». Незадолго до отмены военного положения парламентские пешки послушно проштамповали подсунутый им скандальный «акт о восьмой поправке», снимающий с генералов всякую ответственность не только за прошлые злодеяния, но и за все, что им еще предстояло натворить в стране за оставшиеся три месяца. Освобожденные таким образом от опасности юридической оценки их действий, военные суды удвоили усердие, спеша отправить за решетку как можно большее число реальных политических противников и всех, чем-либо им не угодивших — в том числе и по личным, неполитическим мотивам, — и оставить там осужденных на долгие годы после прекращения преступного хозяйничанья в стране преступной генеральской шайки.

Отменяя военное положение, Зия постарался укрепить его наследие. С 1977 года он систематически разрушал и подавлял достигнутое правительством отца: независимость судов, структуризацию экономики, парламентскую систему законотворчества, свободу прессы, свободу вероисповедания для всех, согласно конституции 1973 года, в корпусе которой он пробил зияющие бреши. Военные, «наводя порядок» в стране, выпестовали атмосферу вседозволенности и беззакония. Взяточничество и преступность проникали во все сферы жизни, выросли в отрасли национальной экономики, превратились в образ жизни. Наиболее желанной для молодежи стала работа на таможне, через которую кроме легальных грузов проходила и почти вся контрабанда. Возник — и продолжает процветать — новый класс «предпринимателей», нелегально ввозящих в страну все что угодно, по большей части кондиционеры и электронную бытовую технику, и реализующих товары на черном рынке. Недавний отчет государственного банка определяет долю контрабанды в экономическом росте в одну шестую. Теневая экономика больно бьет по государственным доходам.

Советское вторжение в Афганистан — еще одна черная тень над нашей страной. Американское оружие, предназначенное для моджахедов, бойцов афганского сопротивления, попадает на пакистанский черный рынок. «Калашниковы» с советских военных складов в Афганистане — отнюдь не добытые в боях с советскими войсками, даже не украденные, а просто-напросто купленные у советских военных разного ранга — тоже без труда попадают в руки пакистанских торговцев. Благодаря своей простоте, эти орудия убийства легко копируются в непромышленных условиях, пакистанские ремесленники наладили их подпольное производство, и теперь они продаются на черном рынке по сорок долларов за штуку! В Карачи «Калашников» можно взять напрокат на почасовой основе. Кое-где во внутреннем Синдхе опасно выйти на улицу после наступления темноты, не говоря уже о разъездах по сельским дорогам. Там хозяйничают шайки разбойников, вооруженных автоматами и гранатометами. Крупные землевладельцы и промышленники Пакистана содержат собственные «армии», вооруженные отряды, используя их не только для охраны собственного имущества, но и для захвата чужого, для расправы с конкурентами. Некоторые из этих «армий» признаны режимом и пользуются их поддержкой. Войска племенных вождей снабжаются из арсеналов пакистанской армии, в качестве ответной услуги терроризируя сторонников ПНП, иногда уничтожая целые деревни и не обращая внимания на священную традицию неприкосновенности мечети.