Каждая вспоминает какие-то особенные слова, которые он говорил только ей. И я знаю, что это так. И никогда ни к одной из них не ревновала. Я понимала, что его эстетический мир должен насыщаться не только искусством, творчеством, музыкой, но и общением с женщинами. Если он потеряет к ним интерес, то и я тоже не буду его интересовать. Пожинала положительные эмоции, которые он получал от галантного общения с нами, — я.

Те, кому доводилось в прошлые годы ночевать у нас, вспоминают «мужской кофе»: каждое утро Боря приносил чашку кофе в постель не только мне, но непременно и гостье.

В дни похорон одна подруга попросила на память его футболку. Как расценить порыв нашей женской половины, когда мы все пошли к осиротевшей полочке с его парфюмом и нюхали пузырьки, даже телефонную трубку, хранившую его запах? Другая вспоминала, что только он утешал ее шуткой, комплиментом или словом надежды, помогая ей обрести себя в ее сложной жизни. Иной раз глоток хорошего коньяка на нашей старинной террасе заменял слова. Словом, каждая находила что-то «свое» в общении с Борей.

Да и меня любят прежние подруги Бориса скорее потому, что любили его. Я бы могла назвать несколько имен тех, кто, поздравляя меня с Новым — 2003 годом, признавались в любви к нему, словно я то, что осталось от него на земле.

Частенько, поддразнивая меня, Боря шутя цитировал Зощенко:

— У одной зубной врачихи помер муж. «А-а, — думает, — ерунда!..» А потом видит: нет, не ерунда!

Нет, не ерунда. Да, не ерунда, — горько отшучусь и я.

XI

XI

Имя

Потому что наше имя

Это только псевдоним.

Что скрывается под ним?

Неизвестно нам самим…

Несомненно, каждый интеллигентный человек знал такое имя — Борис Заходер. Даже если и не был по-настоящему знаком с его творчеством.

Однако одного сознания, что тебя знают и любят, как утверждали наши знакомые и друзья, недостаточно. Замалчивание на общественном уровне не способствовало проявлению эмоций любителями поэзии. Борис чувствовал, что, «возможно, аплодисментам и не хватает звучности», как говаривал Иа-Иа в сказке о Винни-Пухе.

Есть такая байка о том, как некий бедный писатель подошел к Константину Симонову и спросил, почему у него никогда нет денег, а у Симонова всегда есть. Симонов не ответил, но обещал подумать. «Я думаю, — сказал он при следующей встрече, — что просто одним свойственно иметь деньги, другим — несвойственно».

Мне кажется, это определение можно применить и к успеху. Так вот, Борису было «несвойственно» иметь успех.