Светлый фон
Дружит он с птичкой Калау, С братьями редко встречается И, говоря между нами, Не особенно огорчается.

Вот так, подобно этому чудаку Носорогу, поэт удалился в «чащу лесную» на тридцать пять лет, до конца своей жизни. Встретившись с «птичкой Калау», не разминулся с ней, а подружился и прожил, не побоюсь сказать эти слова, вполне счастливо всю оставшуюся жизнь.

Купив себе маленький домишко, выбрал комнату с видом на березы и сирень, поставил большой письменный стол и сел за работу.

Из окошка мне видна Расчудесная страна, Где живут Считалочки. Каждый там не раз бывал. Кто когда-нибудь играл В прятки или салочки…

Кончились его поездки в дома творчества, посещения Дома писателей, выступления на разных площадках перед читателями через «общество по распространению знаний».

Я, которая знала его около сорока лет, до сих пор не понимаю, почему люди говорят, что у него был трудный характер. Это не плохой или тяжелый характер — это охрана чувства собственного достоинства, я бы сказала, аристократизм духа.

Почему людям свойственно желание увидеть в первую очередь сходство с собой, а не отличие? Найти изъян, который позволил бы им почувствовать себя выше?

Вспоминаю передачу одной радиостанции, которой я благодарна за слова прощания в день смерти поэта, однако даже они не обошлись в интервью с его друзьями без того, чтобы не задать тот же навязший в зубах и несправедливый вопрос о его характере. Какой характер проявили сами корреспонденты, задавая такой вопрос в день его смерти?

Не о том ли последние строки его сонета «Слава»:

И, кстати, помни: Небольшой скандал Порой