Удар в направлении Оськинского развивался успешно. Частью разгромив, а частью отбросив заслоны врага, передовой отряд во главе с полковником Танасчишиным в скоротечном бою сломил сопротивление гитлеровцев и в 21 час овладел Оськинским. А с северо-востока сюда вскоре вышли танки 22-го корпуса, о чем сразу же сообщил начальник его штаба полковник М. А. Семенюк.

Итак, 13-й танковый корпус выполнил большую часть поставленных перед ним задач: оказал решающую помощь в деблокировании группы полковника Журавлева, нанес потери противнику в Верхнебузиновке и соединился с войсками 4-й танковой армии. После этого сильно поредевшие части корпуса свели в одну 169-ю танковую бригаду, которая вошла в состав 22-го корпуса армии генерала В. Д. Крюченкина. От нас этот героический корпус выбыл совсем. Его управление во главе с Т. И. Танасчишиным вывели на новое формирование, генерал-майор Е. Г. Пушкин был назначен заместителем командующего по БТ и МВ 4-й танковой армии.

За период с 24 июля по 1 августа 1942 года воины 13-го танкового корпуса уничтожили 2100 гитлеровцев и 56 танков, сбили 3 самолета, вывели из строя 65 орудий разного калибра, захватили 8 исправных танков, большое количество пулеметов, автомашин, обозов с вещевым имуществом. Корпус потерял в боях 81 танк[159].

Не лишним будет коротко сказать здесь о предыдущем боевом пути героя этого рейда по тылам врага Т. И. Танасчишина. В начале октября 1941 года, еще будучи командиром мотоциклетного полка, он отличился в боях под Мценском. Затем вел в контратаку своих мотострелков на Бородинском поле — это было 17 октября. В дальнейшем, уже в ходе контрнаступления под Москвой, Трофим Иванович возглавлял 36-ю танковую бригаду, а с 7 июля— 13-й танковый корпус, который участвовал в Сталинградской битве на всем ее протяжении и за проявленный личным составом героизм и воинское мастерство был преобразован в 4-й гвардейский механизированный корпус.

После выхода из окружения оперативной группы Журавлева на наш командный пункт приехал В. Я. Колпакчи, чтобы проститься и лично поблагодарить командование и штаб 1-й танковой армии за братскую помощь. Этот поступок был в стиле поведения Владимира Яковлевича.

Между тем бои на липологовском рубеже продолжались. Генерал Рухле выполнил свое обещание, и начиная с 28 июля к нам стали прибывать гвардейские минометные полки. Всего их поступило пять (4, 5, 47, 51 и 83-й). Три полка были приданы корпусам Хасина и Родина, один—131-й стрелковой дивизии и один — оставлен в резерве армии. Кроме того, мы получили 88 танков, из которых, правда, лишь 27 — Т-34, а остальные — из числа отремонтированных на СТЗ (своими силами танкисты возвратили в строй 55 машин, из них 25 — Т-34)[160]. Из этого общего количества 56-й танковой бригаде, понесшей наибольшие потери, было выделено 49 машин (28 — Т-34). 23-й танковый корпус получил 10 машин; в его состав вошла и прославившаяся в дальнейшем 20-я мотострелковая бригада.