Когда я вторично вошел к командующему, он как раз говорил по телефону с генералом Шумиловым. Закончив переговоры, Андрей Иванович кратко изложил мне суть дела, а потом спросил:

— Какие будут предложения?

— Думаю, что следует организовать контрудар, — ответил я, — ведь совсем недавно именно с помощью контрудара не успевшие закончить формирование 1-я и 4-я танковые армии спасли положение.

— Правильно. То же самое предлагает и командарм 64,— заметил Еременко. — А вот Гордое сказал ему: «Стой на месте и удержи то, что имеешь».

— В полосе действий 64-й нет никаких естественных преград, кроме нескольких степных пересохших речушек, — продолжал я, глядя на карту. — Поэтому быстрый маневр силами и средствами — единственный способ остановить Гота.

Утвердительно кивнув головой, командующий фронтом поставил на этом точку:

— От философии перейдем к делу. Собери все, что имеется под рукой, и направь на усиление Шумилова. Это будет первый экзамен для твоего штаба.

Андрей Иванович легко переходил с «вы» на «ты», и мне показалось, что «ты» означает у него одобрение и поощрение, а «вы» применяется для официальности.

Я соединился с начальником штаба 64-й армии полковником Н. М. Новиковым. Он подтвердил, что против их левого фланга враг периодически бросает в атаку по 150–200 танков с пехотой, одновременно с воздуха наносят удары 200–300 самолетов. Этот бешеный натиск гитлеровцев героически отражают части 126, 38 и 29-й стрелковых дивизий полковников В. Е. Сорокина, Г. Б. Сафиулина и А. И. Колобутина. После прорыва противником обороны они, завернув свои фланги, укрепились и остановили его дальнейшее распространение.

— А какая обстановка на правом фланге? — спросил я начштаба 64-й.

— На правом спокойно. Поэтому-то наш командарм и просил командующего фронтом разрешить перебросить отсюда часть сил к участку вражеского прорыва. Разрешение получено, и сейчас отдается приказ на передвижение 204-й дивизии генерала Скворцова и трех курсантских полков (Краснодарского, 1-го и 3-го Орджоникидзевских).

Я передал содержание этого разговора А. И. Еременко, и он приказал:

— Продумайте со своими подчиненными, подсчитайте и доложите, какие силы потребуются, чтобы контрудар был наверняка успешным.

Через некоторое время я доложил:

— Учитывая, что гитлеровцы прорвались на участке шириной 9 километров, нам для контрудара потребуется не менее трех полнокровных стрелковых дивизий, около 400 орудий и минометов калибра 76 миллиметров и больше и 90 танков.

— Много просишь, но правильно, — одобрил Еременко. — При плотности не более трех километров на стрелковую дивизию, наличии 40–50 стволов артиллерии и десятка танков на один километр фронта мы вышибем врага с занятых им позиций, но при двух важных условиях: если будем твердо руководить войсками и обеспечим достаточную авиафюнную поддержку. Теперь иди выискивай силы и средства, подумай, что есть в самой 64-й армии. А Кирилла Семеновича я пошлю к Шумилову, он поможет ему в руководстве контрударом.