В итоге этих действий мы лучше узнали врага. К слову сказать, в наших руках оказалось и несколько «языков». Так, 10 августа под Абганерово три танка из 254-й бригады, находясь в засаде, наблюдали за противником. С ними были три разведчика из разведроты 204-й стрелковой дивизии. Немецкий бронетранспортер, тоже ведя разведку, осторожно пробирался к месту, где стояли наши хорошо замаскированные танки. Подпустив его поближе, танкисты одним выстрелом подбили вражеский бронетранспортер. Три гитлеровца были убиты, а двое захвачены в плен. Это были солдаты 29-й моторизованной дивизии, входившей в 48-й танковый корпус 4-й танковой армии Гота. Они подтвердили, что наш контрудар был для них полной неожиданностью, так как ранее офицеры говорили, что Красная Армия разбита, захват Сталинграда — дело нескольких дней.

Более осведомленным оказался лейтенант из 14-й немецкой танковой дивизии, который тоже напоролся под Аксаем на засаду. От него мы узнали немало ценного. Конечно, если сейчас я стану пересказывать эти показания, то современный читатель едва ли обнаружит в них что-либо любопытное. Но для нас в то время было очень полезно знать, что танковые части врага испытывают недостаток в горючем, что личный состав с трудом переносит «тропическую жару азиатских степей», как выразился один пленный, что противник теряет большое количество танков. Показания пленных были очень кстати, поскольку предстояло писать отчет в Ставку об итогах контрудара 64-й армии.

Но еще до того, как были получены эти сведения о противнике, нам стали известны серьезные новости, касающиеся нас самих. Поздним вечером 9 августа меня вызвал А. И. Еременко. Он был в приподнятом настроении.

— Только что разговаривал с начальником Генштаба, — сказал командующий. — Василевский сообщил, что товарищ Сталин принял решение подчинить нам Сталинградский фронт. Членом Военного совета обоих фронтов остается Никита Сергеевич Хрущев, Гордое назначается моим заместителем по делам этого фронта, а по Юго-Восточному — Голиков. Твой бывший командующий Москаленко возглавит 1-ю гвардейскую армию.

— И я поеду с ним, — невольно вырвалось у меня.

— Однако же ты шустрый, — не без иронии парировал Андрей Иванович. — А я, по-твоему, смогу командовать двумя фронтами вообще без штаба?

— Я имел в виду, что вы будете опираться на штаб Сталинградского фронта. Ведь это же бывший штаб Юго-Западного направления и Юго-Западного фронта. У его работников как раз имеется опыт руководства двумя фронтами.

— Под Сталинградом Харькова не повторится! — резко отрубил командующий, и его небольшие голубые глаза сверкнули ледяным блеском.