…Часа через два Г. К. Жуков уехал. Генерал же Минюк остался, чтобы помочь в нашей предварительной работе. Тут же мы с ним, а также с Г. А. Любимовым, А. О. Ахмановым, М. Д. Зайчиковым и В. Г. Романовым взялись за дело. Леонид Федорович напомнил, что войска нашего фронта будут действовать в полосе шириной 245 километров от Верхнего Мамона до Клетской. Развернув только что склеенное полотнище большой топографической карты, мы принялись за самое дотошное ее изучение. У штабных работников, как известно, развивается способность трансформировать условности картографии в реальные ландшафты. Поэтому, глядя на карту, все мы, наверное, видели бескрайнюю степь, раскинувшуюся на сотни километров, с выжженными травами, красновато-желтыми балками, довольно многочисленными реками, глинобитными хатами станиц и хуторов. Но был среди нас подлинный мастер образного истолкования карты — подполковник Михаил Дмитриевич Зайчиков. Этому горьковчанину из рабочего поселка Вача, где делали ножи, ножницы, вилки, не уступавшие золингеновским, перевалило за сорок, но воображение у него оставалось юношески непосредственным. И вот уже слышится его глуховатый неторопливый окающий говор:

— Местность в полосе вероятных действий — это открытое, слегка всхолмленное плато, оно понижается к югу. Густо изрезано глубокими балками и руслами рек с крутыми берегами.

— И что же это значит? — спросил Минюк.

— Это ограничит маневр войск по фронту, привяжет танки и мотопехоту к определенным направлениям, но вместе с тем балки и русла рек дадут возможность маскировки. Ведь не только леса здесь нет, но и кустарник редкость.

— Нельзя упустить из виду, — вмешался в разговор полковник Любимов, — что эта местность при наступлении на большие расстояния принесет нам много хлопот в смысле ориентирования.

— Высот здесь, правда, немало, — поддержал его Зайчиков, — но они пологие и крайне однообразны, почти как барханы в пустыне.

— Ориентирование, особенно для танкистов, дело крайне важное, — подтвердил Алексей Осипович Ахманов. — Старики говорят, что зима нынче будет ранняя и довольно снежная. Вот когда под снегом скроются и без того крайне редкие ориентиры, однообразие местности возрастет еще больше.

— Значит, надо серьезно тренировать командиров в умении двигаться по азимуту, — попытался завершить эту часть разговора Леонид Федорович.

— Нет, подождите, надвигающаяся зима принесет нам и другие неприятности, — продолжал Ахманов. — Реки могут стать серьезной преградой. Наступать-то ведь придется ранней зимой, видимо в момент ледостава. Переправлять артиллерию, автомашины и особенно танки по тонкому, только что образовавшемуся льду невозможно. Постоянные-то мостовые переправы враг уничтожит. Саперам понадобится наводить понтонные и паромные переправы в архитрудных условиях ледостава.