Повар выполнил просьбу, неуверенно протягивая руку в темноту, как будто боялся, что ее может откусить скрывающееся там чудовище. Правильно боится, мелькнула мысль в голове Фатимы, а потом она ухватилась за руку и снова попыталась встать. Всё гораздо хуже, чем я думала, с растущим страхом отметила она, когда даже с помощью протянутой руки не смогла оторвать свое тело от пола. Без него мне не выбраться, поняла она, и снова подумала о Судьбе – если бы она убила повара в спальне, осталась бы без помощи сейчас. И это надо же, единственный человек в доме – этот толстяк.

– Не могу, – прохрипела Фатима, – тебе придется меня тащить.

– Но я вас не вижу…

– Для этого глаза не нужны, – оборвала его Фатима, – просто дай мне опереться на тебя.

Повар сделал еще шаг вперед, осторожно, как будто дотрагивался до хрупкой и бесценной вещи… или до бомбы, готовой взорваться в любую секунду, просунул руку между стеной и спиной Фатимы, а потом как пушинку поднял ее на ноги. А парень здоровый, отметила она, подумав о пистолетах на поясе и на боку, но у нее было всего 2 руки, одной она держала маску возле лица, второй держалась за повара. Он был настолько высоким, что она повисла на его плече, доставая до пола только носками ботинок. Идти она не могла, но это и не требовалось, огромный повар Ады, потащил ее в направлении кухни, совсем не чувствуя ее веса, только дыхание стало чаще и тяжелее. Скоро и он выйдет из строя, поняла она, успеть бы добраться до этой кладовки. До дверной арки они добрались нормально, но в кухне проводник Фатимы, хоть и ориентировался отлично, всё же едва не ударил ее сначала о разделочный стол, потом о высокий холодильник.

– Простите, – тяжело выдохнул он, – я знаю направление, но не видно ничего.

– Ладно, – согласилась Фатима, всё равно пора было привыкать к свету, – я включу фонарь.

– А мы не…

– Не думаю. Мы ведь уже почти пришли, да?

Она сняла очки, темнота тут же поглотила всё вокруг, но она запомнила обстановку – в правой стене, той, что примыкала к комнате повара, была дверь. Фатима медленно вытащила фонарь из-за пояса халата тащившего ее здоровяка, подумав при этом, что это самая идиотская из эротических сцен (какие только мысли ни лезут в голову в самые неподходящие моменты), и включила его, направляя вперед. Свет больно ударил по глазам, повар ойкнул, но глаза прикрыть было нечем, у него тоже было всего две руки, и обе были заняты. Луч выхватил в тумане очертания двери, сливающейся со стеной, и у Фатимы затеплилась надежда – дверь действительно герметично закрывалась, наподобие шлюза. Повар, видя, куда идет, стал двигаться гораздо быстрее, Фатима изо всех сил сжимала прорезиненную ручку фонаря – пальцы тоже стали отказывать.