Тем временем Ибрагим принял решение выйти в море лично со второй эскадрой, чтобы укрепить первую. Он поднялся на борт нового египетского фрегата «Леон», но не поднял свой флаг, так что создавалось впечатление, что этой группой из 3 фрегатов, 4 корветов и 7 бригов командуют совместно Тахир-паша и Мохарем-бей. Оба подняли адмиральские флаги.

Корабли покинули Наварин 2 октября и обошли Занте с внешней стороны, так что, когда первая турецкая дивизия поравнялась с южным концом острова, а британцы находились немного южнее, они появились с севера. Мустафа сразу спустился под ветер, чтобы соединиться со своими командирами, корабли Кодрингтона – «Азия», «Дартмут» и «Талбот» – не отставали. «Зебру» отправили к Наварину на поиски де Риньи или любого другого возможного подкрепления. Мустафа поднялся на борт фрегата Ибрагима, и после некоторой заминки Ибрагим, очевидно, смирился с ситуацией и повел флот в южном направлении, вероятно возвращаясь в Наварин. Кодрингтон пропустил его и приказал кораблям «Азия» и «Талбот» бросить якоря у Занте. «Дартмут» остался, чтобы наблюдать за турками.

Ночь была ненастной. Непогода дала Ибрагиму шанс. В девять часов он неожиданно изменил курс и направился в Патры, однако ветер дул восточный, и 4-го в четыре часа утра ему пришлось бросить якорь в районе мыса Папа, не дойдя 20 миль до цели и только с 26 судами – то есть половиной флота.

Узнав от командира «Дартмута» об этом новом развитии событий, Кодрингтон, как только позволил ветер, поднял якорь и направился к мысу Папа. По пути он догнал много отставших турецких кораблей и развернул их обратно. Ибрагим созвал военный совет и снялся с якоря. К ночи ветер усилился, и очень скоро и у британцев, и у англичан появилось столько проблем, что они и думать забыли о сражении. Оказавшись во власти сильного ветра – Кодрингтон назвал его ураганом, – британские корабли укрылись с подветренной стороны от Занте, а турки, или по крайней мере их большая часть, вышли в море между Занте и Кефалонией. А 5-го, когда погода улучшилась, корабли Кодрингтона, к которым теперь присоединился «Филомел» 18, вернулись к мысу Папа вместе с рядом турецких и австрийских судов. Капитан турецкого фрегата «Бандино Серет»⁴², предположительно старший офицер на месте, 6-го поднялся на борт «Азии» и потребовал разрешения проследовать в Патры. Кодрингтон запретил это перемещение – и устно, и письменно, – после чего турки направились, вероятнее всего, в Александрию. На следующий день флот Кодрингтона проследовал дальше по заливу, перехватил два австрийских судна, все еще пытающиеся пройти в Патры, а также турецкий бриг, который потребовал связи с Василади даже под огнем «Азии», «Дартмута» и «Талбота». Флот Кодрингтона бросил якорь у Занте 8-го, и здесь поздно вечером 9-го от командира «Алакрити» стало известно, что русская эскадра уже на подходе. Тем временем турки и египтяне вернулись в Наварин 7-го и 8-го, не встретив по пути препятствий.