Скьёльд мрачно помог ей подняться. Покачал головой, развёл руками.

— Простите, господин дракон. Но процедура совершенно явно убила бы вашу супругу.

«Ну и пусть бы убила», — хотела сказать Клара и вновь не сказала. Зачем, для чего? Всё это бессмысленно и ненужно. Всё, что ей осталось, — это погибнуть с пользой.

Кажется, несмотря на овладевший его сутью Алмазный Меч, Скьёльду было совестно.

— Я сделал всё, что мог.

— Он сделал всё, что мог, — кивнула адата. — Не будь я Гелерра, ученица Нового Бога Хедина.

Сфайрат опустил голову. Пальцы его вновь сжались на запястье Клары.

— Мы не сдадимся. Что ещё можно сделать, чародей?

— Многое, — голос Скьёльда вдруг изменился, теперь в нём вновь зазвучали нотки Драгнира. Алмазный Меч вернул себе власть. — Но это уже после победы. Иначе всё так или иначе бессмысленно, вы забыли? Дальние наступают. Каждый миг погибают миры. Каждый миг граница зелёного кристалла становится всё ближе.

— Чего же ты хочешь, Драгнир? — Дракон молчал, глядя на Клару и осторожно держа её за похолодевшую руку, инициативу взяла на себя Гелерра.

— Нужно, чтобы свои воплощения нашли бы мои брат с сестрой.

— Как мы можем помочь?

— Я взываю сейчас к Кору Двейну и Соллей. Они должны как можно скорее явиться сюда. И, если мы добьёмся успеха, я помогу.

— Почему бы тебе не сделать это сейчас? И почему же ты тогда уступил место Скьёльду? — глухо прорычал дракон.

— Потому что теперь вижу, каких сил потребует изменение твоей чародейки, Сфайрат. Я полагал, что мой носитель справится. Увы, он не преуспел.

— Ты знаешь, что нужно сделать? Скажи! Скажи немедля! — напирал дракон. — Иначе — никакой помощи!

— Не знаю, — отрезал Драгнир. — Только догадываюсь. Надо пересобрать Клару Хюммель, расплавить и выковать заново, подобно клинку. Это высшее чародейство; только мы втроем — я, Иммельсторн и фламберг — сумеем справиться, и то лишь после исполнения главного нашего долга. Выбирай, дракон, и выбирай быстро! Уверений и обеспечений я дать не могу, да и никто бы не смог.

— Что тогда требуется сделать?

— Я же сказал — добиться, чтобы Иммельсторн и фламберг обрели своё воплощение.

— Иными словами — скрутить Двейна и Соллей, когда они окажутся здесь?