— Что такое? — растерянно спросила Арина, не понимая, почему я отвлекся.

— Ничего, — усмехнулся, возвращаясь к ней. — Покажешь, на чем я остановился? — миновал лестницу, вваливаясь в ее комнату.

Даже в самое темное время суток, комната мягко подсвечивалась уличными фонарями, не заставляя глаза подолгу привыкать к мраку или гадать, куда идти, чтоб не убиться. Дверь была безжалостно захлопнута, отрезая все попытки самбистки к бегству, если бы таковые предпринимались. Аккуратно опустил свое сокровище на кровать, отбросив в сторону снятый впопыхах свитер.

— Арин…

— Умм, — отозвалась, не отрывая от меня глаз.

— Только что осознал, что свободен…что жизнь снова принадлежит мне…,- сам не мог поверить в происходящее. — Благодаря тебе…

— Нам, — уголки губ приподнялись в улыбке.

— Я могу стать кем угодно…для тебя…буду тем, кем ты захочешь меня видеть… — положил ее руку себе на сердце.

— Мне это не нужно, — отрезала, заставив на мгновение испугаться. — Я хочу, чтобы ты был самим собой и делал то, что приносит удовольствие и радость именно тебе. Понимаешь? У меня есть любимый зал, моя отдушина…тебе же просто нужно подумать и найти себя. Ладно? Для самого себя!

Арина помогла мне избавиться от футболки, с удовольствием изучая кончиками пальцев рельефный пресс.

— Моя очередь? — прошептал вопрос ей в волосы, принимаясь медленно расстегивать обтягивающую блузку. Куда после этого блузка упорхнула- вообще теряюсь в догадках. Опустился на колени и приступил к избавлению от коротких джинсовых шорт, адски распаляющих долгосдерживаемое желание. Черт!

Моя хрупкая девочка осталась только в черном бюстике, аппетитно подчеркивающем красивую грудь, и такого же цвета крошечных трусиках. Она всегда была таким совершенством?! Р-р-р! МОЯ!

Опустил Арину на кровать, зверски разрывая копроновые колготки, и принялся с урчанием целовать ее ножки, бедра, животик…пока на ее теле не осталось ни одного незацелованного участка бархатной кожи. Отодвинул чашечку лифчика и вобрал в рот розовый бугорок, посасывая и массируя его языком. Моя вкусная девочка…

Арина выгнулась в моих руках и застонала, тут же испуганно зажимая себе рот. Кажется, тебя совсем не баловали…моя стесняшка.

— Арин…, - позвал. — Ты же понимаешь, что я уже не остановлюсь?! — посмотрел в ее затуманенные страстью глаза. В неприлично бугрящихся штанах стало ужасно тесно. Мужское естесство рвалось на волю.

— Феликс…ты же понимаешь, что я не дам тебе остановиться? — ответила вопросом на вопрос. Припухшие от поцелуев губы растянулись в смущенной улыбке.