Отлично поставлена инженерная служба. Муки бездорожья еще не совсем ликвидированы, но заметно уменьшены тем, что своими силами провели окружную гравийку. Жилищный голод утоляют деревянными, рублеными и щитовыми, домиками на одну-две семьи. В таких же постройках устроили столовую и детский сад. Еще одну проблему — невест — удачно решили тем, что по договоренности и с помощью радиозавода в старом клубе открыли цех. Молодые женщины, жены трактористов, шоферов, механиков, получили городскую работу. Это немаловажно, потому что большинство невест взято из города.

Конечно, если говорить о перспективе, то надо признать: все эти меры не на вырост. Они уже сейчас «тесноваты», жмут то в плечах, то в талии. Но тут главное — д е й с т в и е. Люди не ждут, когда дойдет их очередь на колоссальное и современное, а действуют по мере сил и возможностей. Тем и привлекают, ибо человека влечет не ожидание, а созидание, и тогда он сам включается в действие. Словом, утверждается стиль деятельный, ритм напряженный, атмосфера уверенная. Жизнь становится устойчивой. А коль она устойчива, непременно нужны дети.

Но ведь все это было и четыре года назад, однако молодые матери придерживались моды «айнкиндер» — одного ребенка. Значит, второй вопрос — психология. Что-то изменилось в сознании, в представлениях о семье, о счастье, вообще — о жизни. Что именно?

В тот день местный фельдшер проводила учебу сандружинниц — удобный случай побеседовать. Молодых матерей пригласили в кабинет председателя. Очень интересная вышла беседа.

Да, женщины вполне сознательно отказались от перенятой в городе моды «айнкиндер». Усвоили, говорят, по молодости представление, что дети — обуза, мешают родителям жить наполненно: учиться, развлекаться, расти культурно, а стали матерями и поняли, что один ребенок — это беда: эгоистом растет. Все внимание ему, меры в потребностях не знает, капризен, избалован… Родили по второму, по третьему. Атмосфера в семье стала другая. Маленький, но — коллектив, у каждого свои обязанности, дружнее стали, заботливее. И о хозяйстве заботиться надо, и о младших, и о матери… Женским чутьем угадали, что мужьям нужна «полная семейная нагрузка». При наших, говорят, заработках одного ребенка растить — никаких материальных затруднений нет. А двоих-троих — надо и работать постарательней и свое хозяйство заводить. На компании, которые обязательно выпивками сопровождаются, времени не остается.

К чести мужей надо сказать, что выпивками они не балуются, интересы у них и производственные и культурные довольно глубокие. Во многих отношениях это уже другие сельские мужики, не похожие на своих отцов. Образованны — вузы, техникумы или училища все окончили, — активны в общественной жизни, ответственны и изобретательны на производстве. Но в смысле семейного, житейского опыта, надо признать, беспомощны. В семейно-хозяйственной науке они самоучки, а наука-то непроста. Молодой агроном, начальник производственного участка, с завидным знанием дела рассказывал мне о своей работе, А когда я спросил о семье, он развел руками: «Дурень дурнем, почти ничего не умею. Видите ли, рос я в маленькой семье, по хозяйству отец сам справлялся, мое дело было учиться, потом уехал в институт — так и не научился топора в руках держать, загородку для поросенка и то сделать не знаю как. Теперь вот постигаю…»