В свое время ее отец как-то сказал Джорджу Лукасу, что когда-нибудь появится достаточно маленькая камера и они смогут снимать свои истории прямо на улице. Именно это она и делала.

«София знала свой фильм вдоль и поперек, – рассказывал Росс Кац, – выплеснув его на экран прямо из головы».

Этот стиль идеально подходил для воплощения ее тем – он показывал, что воспоминания в жизни работают словно монтаж в фильме. Перемещаясь с места на место, герои оказываются в мире городской авантюрности, мире Трюффо и Феллини с его головокружительной свободой. Это очень европейский фильм.

Погрузившийся в токийскую жизнь кинооператор Лэнс Экорд творил чудеса. Ему не дали ни времени, ни места для обсуждения его проблем – до этого он обычно снимал только при естественном свете или свете софитов. Перемещаясь по городу в составе крошечной мобильной бригады, он пользовался легкой камерой с быстрой протяжкой ленты и все снимал на свой страх и риск, не обращая внимания на контровый свет[50] и блики от блестящих поверхностей, характерных для Токио. Ирония в том, что эта работа напоминает фильм Фрэнсиса «От всего сердца» – своего рода памятник искусственности. И действительно, зачем же строить декорации Токио в павильоне, если Экорд мог замечательно снять его из окна второго этажа кофейни Starbucks?

В фильме есть только несколько крупных планов, благодаря которым Коппола хотела раскрыть характеры своих героев, показав их поведение применительно к открытому пространству и плотному потоку людей. Для этого среди хаоса магазинчиков по продаже видеоигр на перекрестке Сибуя кинематографисты установили лестницу и сделали с нее желанные кадры.

Получив новость о надвигающемся сильном дожде, они запрыгали от радости, бросили запланированные съемки интерьера, похватали оборудование и побежали к перекрестку, где на цифровом экране бесконечно крутили изображения слонов и динозавров. Коппола хотела заснять Шарлотту среди сотен зонтиков. Ну и что из того, что там им сообщили о надвигающемся тайфуне, который обещал стать крупнейшим со времен Второй мировой войны… (Интересно, над этой семьей что, довлеет проклятье тайфунов?) Впрочем, за съемками этот тайфун почти никто и не заметил.

Коппола свято следовала одной традиции: она снимала только на пленку. «Пленка дает некоторую дистанцию, и для меня картина становится больше похожа на воспоминание, – повторяла она. – Ну а видео – это скорее настоящее время».

Другими словами, Копполе хотелось ностальгии, она старалась снять картину так, как будто эти события вспоминаются спустя много лет. Не менее важен был и саундтрек. Музыка должна была идти фоном и стать для фильма столь же характерной, как закадровый голос для «Апокалипсиса сегодня». С этой целью София объединила свои усилия с музыкальным продюсером Брайаном Райцеллом, работавшим с ней еще на картине «Девственницы-самоубийцы». Результатом стал сборник эмбиент-попа, который позднее обзавелся собственной историей успеха.