Усилием воли Питт вернул себя к действительности, перевел рычаг на автоматический огонь и направил дуло автомата туда, где раньше была входная дверь. Кровь струйкой стекала по его лицу и убегала за воротник. Он не успел моргнуть, как попал под огневой навес, созданный четверыми террористами.

Питт не чувствовал ни раскаяния, ни страха, выпустив длинную очередь по нападавшим, которая разбросала их в разные стороны. Выронив оружие и взмахнув руками, словно танцоры, исполняющие какой-то безумный танец, они покатились по усыпанному обломками полу.

За первой волной пришла вторая, в ней было три террориста, и они тоже были безжалостно остановлены Питтом. Впрочем, остановлены были все, кроме одного, среагировавшего непостижимо быстро и успевшего укрыться за дымящимся кожаным диваном.

Внезапно прямо возле уха Питта грянули три оглушительно громких выстрела, больше напоминающих пушечные. Это Финдли, упав на колени рядом с Питом, трижды выстрелил по нижней части дивана. Вверх полетели куски кожи, дерева и джутовой набивки, а потом из-за гнутой ножки дивана безвольно упала и осталась лежать на полу рука террориста.

Из дыма материализовался Джордино. Он ухватил Питта под руки, поволок назад к дробильной установке, устроил в относительной безопасности за старым вагоном и трагическим голосом вопросил:

– Ну почему с тобой всегда проблемы? – Он внимательно осмотрел Питта и, старательно скрывая тревогу, но уже более мягко поинтересовался: – Ты серьезно ранен?

Питт вытер кровь с лица и уставился на внушительную дыру на брюках, через которую была видна кровоточащая рана на ноге.

– Что за черт! – воскликнул он. – Пропали совсем новые лыжные штаны. Где я найду другие?

Финдли опустился на колени, разрезал штанину и принялся бинтовать рану.

– Вы легко отделались. После такого взрыва всего несколько царапин – это большая удача.

– Я идиот, даже не подумал о гранатах, – сокрушенно заявил Питт.

– Какой смысл себя винить? – пожал плечами Джордино. – В конце концов, мы работаем совсем в другой сфере. Питт огляделся по сторонам.

– Нам лучше приготовиться, если мы хотим оставаться на ногах, когда прибудут наши бравые спецназовцы.

– Террористы больше не пойдут с этой стороны, – сказал Финдли. – Взрывом снесло наружную лестницу. Они не станут делать из себя мишени, карабкаясь десять футов по сломанным бревнам. – Возможно, именно сейчас настал момент сжечь, ко всем чертям, вертолет и устроить здесь ад? – без всякого энтузиазма добавил он.

– У меня плохие новости, – сообщил Ганн, спрыгивая с лестницы. – Я видел еще человек двадцать, несущихся вдоль железной дороги. Они появятся здесь минут через семь-восемь.