Джордино подозрительно взглянул на Ганна.

– Сколько их?

– Я сбился на пятнадцати и больше не считал.

– Кажется, будет жарко, – пробормотал Финдли.

– А что Холлис и его люди?

Ганн покачал головой:

– Не видно. – Он сделал паузу, глубоко вдохнул, потом повернулся к Питту. – За террористами следуют четверо заложников с двумя охранниками. Я сумел довольно хорошо рассмотреть их в бинокль. Один из них – твой отец, Питт. Он и женщина помогают идти еще двоим мужчинам.

– Гала Камиль, храни ее Бог! – с облегчением улыбнулся Питт. – Как я рад, что мой старик жив!

– А кто двое других? – поинтересовался Джордино.

– Вероятнее всего, президенты Де Лоренцо и Хасан.

– Полагаю, они мечтают об отставке, – улыбнулся Финдли и закрепил бинт на повязке Питта.

– Террористы оставили в живых сенатора и остальных только для того, чтобы обеспечить себе отход, – сказал Питт.

– И без колебаний перестреляют их по одному, если мы не отдадим им вертолет, – не без оснований предположил Ганн.

Питт кивнул:

– Это не подлежит сомнению. Но если мы сдадимся, все равно нет никакой гарантии, что они не убьют заложников. Они уже дважды пытались убить Галу Камиль и наверняка хотели бы видеть мертвым также и президента Хасана.

– Они потребуют перемирия и начнут переговоры.

Питт посмотрел на часы.

– Они не станут долго торговаться, понимают, что их время уходит. Но мы сможем выгадать несколько дополнительных минут.

– Итак, каков план? – спросил Джордино.

– Мы сопротивляемся столько, сколько сможем. – Питт посмотрел на Ганна. – Заложники были окружены террористами?