Пронзительностью взгляда, устремленного на Питта, Вольф напоминал резчика алмазов, порой месяцами изучающего камень, прежде чем сделать первый скол. Хотя Карл вроде бы не узнал ее спутника, по спине у Пэт пробежал холодок. Миллиардер был высок, строен, широкоплеч и потрясающе красив, но глаза его смотрели на окружающих холодно и равнодушно, а временами в них мелькала скрытая угроза, Он производил впечатление цивилизованного дикаря, скрывающего под маской светскости первобытную свирепость и необузданную жестокость. Если он и был осведомлен, кто такая Пэт, то ничем этого не обнаружил, услышав ее имя. Да и вообще никак ее не воспринял, даже не привстал из вежливости.

– Хотя мы ни разу не встречались, – продолжал Питт все тем же свободным и дружелюбным тоном, – у меня такое ощущение, будто я вас очень хорошо знаю.

– А вот я понятия не имею, кто вы такой, – буркнул Вольф на безупречном английском с едва заметным тевтонским акцентом.

– Меня зовут Дирк Питт.

Всего одно краткое мгновение магнат непонимающе смотрел на навязчивого собеседника, затем глаза его вспыхнули острейшей ненавистью.

– Так вы Дирк Питт?! – В голосе Карла скрывалось столько льда, что хватило бы, наверное, на обслуживание сегодняшнего приема.

– Собственной персоной. – Питт чарующе улыбнулся Эльзе. – А вас, мисс Вольф, кажется, удивляет мое присутствие здесь? Вы так поспешно покинули Вашингтон, что нам так и не представилось случая поболтать еще разок.

– Откуда вас только черти принесли?! – грубо огрызнулась она.

– С “Ульриха Вольфа”, – вежливо ответил Питт. – После экскурсии по вашему ковчегу мы с Пэт очутились в Буэнос-Айресе и решили, что неплохо было бы заскочить поздороваться и выразить восхищение проделанной вами работой.

Будь у Эльзы вместо глаз лазеры, Питт обуглился бы на месте.

– Вы играете с огнем, мистер Питт. Мы можем убить вас в любой момент, – процедил Карл.

– Вы уже не раз пытались, да только ни черта не получилось, – небрежно ответил Питт. – И я бы не советовал вам предпринимать новых попыток – тем более в британском посольстве и при всем честном народе.

– Когда вы выйдете на улицу, мистер Питт, то окажетесь в моей стране, а не в своей.

– Не слишком удачная идея, Карл. И вряд ли она понравится морским пехотинцам США, которые сопровождают нас по распоряжению американского посла Джона Хорна.

Гориллообразный телохранитель Вольфа угрожающе заворчал и шагнул к Питту, но откуда ни возьмись вдруг вынырнул Джиордино и преградил ему путь. Охранник, весивший на добрых полсотни фунтов больше итальянца и ростом выше на целый фут, смерил его взглядом и презрительно фыркнул: