Питт повернулся и вышел из библиотеки. Подойдя к бару, он заказал себе “аньехо” – чистую текилу из голубой агавы со льдом. К нему подошел американский посол Хорн, светловолосый, голубоглазый, невысокого роста, но плотный и энергичный, чем-то напоминающий парящего над лесом ястреба, более заинтересованного в защите своих владений, чем в тривиальной заботе о пропитании.

– Ну и как вы поладили с Карлом Вольфом? – полюбопытствовал посол.

– Нам с ним трудновато найти общий язык, – усмехнулся Питт. – Он возомнил себя Господом Богом, а я так и не научился преклонять колена, не говоря уж о том, чтобы лизать чью-то задницу.

– Странный он человек, – задумчиво покачал головой Хорн. – Я не знаю никого, кто сумел с ним сблизиться. И абсолютно не понимаю, с чего вдруг он так фанатично уверовал в бредовую теорию о конце света. Я разговаривал с коллегами здесь и в Вашингтоне, и все они в один голос уверяют, что никаких признаков возможности подобного события не наблюдается – во всяком случае, на данный момент.

– А что еще вам известно о Карле Вольфе?

– Не слишком много, да и то в основном из сводок ЦРУ. Его дед был высокопоставленным наци и сбежал из Германии в конце войны. Он приехал сюда вместе с семьей и кучкой престарелых партийных бонз НСДАП и привез с собой большую группу лучших ученых и инженеров Германии. Обосновавшись в Аргентине, он меньше чем за два года создал огромный финансово-промышленный конгломерат, скупив сотни крупных ранчо и ферм, банков и корпораций, фабрик и заводов. Консолидировав свою финансовую мощь, этот конгломерат начал создавать транснациональные филиалы во всех отраслях промышленности – от химии до электроники. По слухам, основой первоначального капитала послужили ценности, изъятые из германского казначейства и конфискованные у евреев, погибших в концлагерях. Но вне зависимости от источника, чтобы добиться столь многого за столь короткий срок, Вольф-старший должен был иметь в своем распоряжении колоссальные ресурсы.

– Вы можете что-нибудь рассказать о его семье?

Хорн сделал паузу, чтобы заказать себе мартини.

– Главным образом, слухи и сплетни. Когда речь заходит о Вольфах, мои аргентинские друзья понижают голос. Говорят, что ангел смерти Освенцима – доктор Менгеле – до конца жизни был тесно связан с Вольфами. Кстати, он утонул несколько лет назад при не выясненных до конца обстоятельствах. А слухи, должен признаться, довольно необычные. Будто бы Менгеле, продолжая свои генетические эксперименты, поработал над первым поколением Вольфов, чтобы те смогли произвести на свет отпрысков с высоким интеллектом и исключительными физическими данными. Эти детишки, в свою очередь, дали потомство, обладающее еще более выдающимися качествами. Отчасти это выражается в необычайном сходстве Карла с его братьями и сестрами, причем не только родными, но и двоюродными. Ходит еще один слушок, но уж больно дикий и неправдоподобный. Якобы из Берлина в последние часы войны вывезли контейнер со спермой Адольфа Гитлера, которой Менгеле впоследствии оплодотворил женщин семьи Вольф.