– А есть какие-нибудь прогнозы на предмет того, как долго нам придется оставаться на борту, пока не появится возможность сойти на берег? – спросила Герда Вольф, педагог по образованию; в ее ведении находилась вся школьная система флота.

Альберт с нежностью посмотрел на нее и улыбнулся:

– Ни секундой дольше необходимого, сестренка. Ясно, что пройдут годы, но сейчас предсказать точно, когда мы вновь начнем завоевание суши, не представляется возможным.

– А те люди, которые выживут в высокогорных регионах? – спросила Мария. – Что мы с ними будем делать?

– Выживет небольшая горстка, – ответил Бруно. – Тех, кого мы найдем и отловим, поселим в резервациях и пусть ковыряются, как сумеют.

– Мы не будем им помогать?

Бруно отрицательно покачал головой:

– Мы не можем позволить себе растранжиривать наши запасы, пока наш народ не получит возможность кормиться от земли.

– Рано или поздно человечество, кроме тех, кому суждено основать Четвертый рейх, должно вымереть, – твердо заявил Макс Вольф. – Путь эволюции – это выживание наиболее приспособленных. Фюрер предсказал, что раса господ будет когда-нибудь править миром. Раса господ – это мы!

– Давайте уж будем честными хотя бы среди своих, дядюшка, – возразил Феликс Вольф. – Мы вовсе не фанатики национал-социализма. НСДАП умерла вместе с нашими дедами. Наше поколение, конечно, благодарно Адольфу Гитлеру, но лишь за его прозорливость в предвидении будущего. Мы не поклоняемся свастике и не орем “хайль!” перед его портретами. Мы созданы, чтобы избавить мир от преступности, коррупции и болезней, вывести человечество на более высокий уровень и построить новое общество, свободное от грехов старого. Благодаря нашим улучшенным генам возникнет новая раса – могучая, жизнеспособная и не запятнанная пороками и преступлениями минувших веков.

– Хорошо сказано! – одобрительно кивнул Отто Вольф, до поры молчавший. – Феликс очень четко сформулировал наши устремления и будущие цели. И теперь нам остается только довести наше великое дело до триумфального завершения.

За столом воцарилась мертвая тишина. Карл Вольф встал, “скрестил руки на груди и медленно произнес:

– Хотел бы я знать, каким станет окружающий нас мир несколько лет спустя? Мне даже чуточку жаль, что тем, кто уйдет, не суждено постигнуть его грядущего величия.

34

34

Небольшой закрытый грузовой фургон белого цвета без логотипа фирмы и рекламы на бортах миновал терминал городского аэропорта Буэнос-Айреса и остановился под навесом технического ангара. Аэропорт обслуживал самолеты аргентинских авиакомпаний, летающие также в Парагвай, Уругвай и Чили. Никто из рабочих не обратил внимание на частный самолет с бирюзовой надписью “НУМА” на фюзеляже, который приземлился и зарулил в ангар, где ждал грузовик.