— Каким образом ты собираешься проникнуть в дом?

— Посадки винограда кончаются практически у главного входа. Не нужно много усилий, чтобы добраться до него и спрятаться между колонн. Есть и другие способы, но этот самый простой.

— Смотри не перестарайся и не втрави нас в новые неприятности, — предупредил Джордино.

— Постараюсь оправдать оказанное мне доверие, — ухмыльнулся Питт.

С этими словами он исчез за дверью, а Джордино вновь повернулся к экранам мониторов.

* * *

Сейчас Питт терзался из-за того, что так и не смог освободить Келли, прежде чем люди Канаи взялись за нее всерьез. И еще — души погибших взывали к мести. Он не мог понять, с какой целью была совершена недавняя серия заказных убийств. Деньги? Жажда власти? И то и другое выглядело достаточно дико с точки зрения разумного человека, но были ли шеф «Цербера» и его подручные нормальными людьми?

Прячась между виноградных лоз, он без помех миновал опасную зону и остановился в нерешительности. Питт не взял ружье охранника, отдав предпочтение старому, но безотказному кольту с двумя запасными обоймами. Летний день был жарким и влажным и скоро под маской скопились капельки пота. Но он предпочел не снимать ее, помня о традициях «Гадюк».

Он уже пробежал около сотни ярдов, и сейчас от главного входа в здание его отделяла лишь узкая, хорошо ухоженная лужайка. Часовые, охранявшие черный ход и амбар, не могли его видеть, но все же преодолеть оставшуюся полоску земли на глазах возможных свидетелей представлялось ему неоправданным риском. Он бросил быстрый взгляд на фасад и пришел к выводу, что, если кто-нибудь случайно окажется у окна в тот момент, когда он попытается преодолеть открытый участок, судьба его будет решена в считанные секунды.

Пятьдесят футов отделяло его от первой колонны. Пятьдесят футов открытого пространства, залитого лучами летнего солнца. Риск был слишком велик, но и оставаться на месте не имело смысла, и Питт осторожно двинулся вперед, шаг за шагом минуя опасную зону.

Ему пришлось преодолеть пять деревянных ступеней, ведущих к открытому портику, ожидая каждую секунду, что одна из них скрипнет и предупредит о его появлении людей внутри здания. Через несколько секунд он был уже у стены дома, в двух футах от большого окна гостиной. Став на четвереньки, он прополз под подоконником оставшееся пространство и оказался рядом с входной дверью. Питт осторожно повернул дверную ручку и проскользнул в прихожую. Внутри никого не было.

Теперь от гостиной его отделяла одна арка. Рядом на невысоком пьедестале стоял керамический горшок с каким-то тропическим растением. Используя его как естественное прикрытие, Питт внимательно осмотрел комнату. Джош Томас, весь покрытый кровью, струившейся из ран на голове и лице, сидел привязанный к стулу в центре гостиной. Омо Канаи, в котором Питт без труда узнал пилота красного «фоккера», развалился на большой кожаной софе чуть в стороне от пленника и невозмутимо курил сигару. Двое наемников в черном, с ружьями наизготовку, расположились по обеим сторонам камина. Третий с ножом в руке стоял рядом с Томасом. Пятый бандит, настоящий гигант, держал Келли за волосы одной рукой, не позволяя ее ногам коснуться пола. Девушка, очевидно, не могла больше даже кричать, и с ее губ слетали только слабые стоны.