— Да, я все поняла.

— Умница. Я останусь здесь и задержу его, как смогу. Он нужен нам живым. Этот сукин сын должен предстать перед судом.

Добрушин откинул веревки в сторону, помог подняться девушке с кровати и подвел ее к окну.

Когда они спустились на землю, она тихо сказала:

— Но у ворот стоит моя машина.

— Вот именно. Если она исчезнет, то он поймет, что ты сбежала. К тому же Калган наверняка ее испортил. Он подходил к ней. Не теряй времени, детка.

Она взобралась ему на плечи и перемахнула через забор. Добрушин отряхнул руки и усмехнулся.

— Дуреха! Небось, с Палычем свой дебильный план разрабатывали. Дети. Вам бы в дочки–матери играть.

Он вернулся в дом. В воздухе пахло гарью, но он не мог понять, откуда исходит запах. Конечно, Добрушин не мог осознать, что могло произойти. Когда он бросал подсвечник в Калгана, одна свеча закатилась под комод и не погасла. Пламя фитиля было слишком слабым и медленно прожигало дубовый паркет. Тот только тлел, но еще не вспыхнул. Впрочем, какое это имело значение.

Добрушин схватил Калгана за ноги и выволок в сад. Он хотел дождаться, пока тот очнется. Давший спасительную осечку «ТТ» Добрушин сунул за пояс брюк и направился к беседке.

Разбросав дрова, он встал на колени и склонился над ямой. Ключ подошел к замку, и железная крышка открылась. На глубине локтя лежал сверток. Он извлек его на поверхность.

— Ну вот и все! Цель достигнута! Я выиграл! Спасибо тебе, сатана, ты вытащил меня из болота.

Кроме денег в пакете лежала пленка в коробке от «кодака». Что там, его не интересовало. Он получил то, что хотел.

Добрушин достал пленку, а деньги спрятал в сарае. Когда он из него вышел, то увидел полыхающие окна, будто в доме восходило солнце. Гостиную первого этажа охватило пламя.

— Любишь ты костры разжигать, господин дьявол! Жги себе на радость, только мне не мешай.

Калган лежал на спине и с ненавистью разглядывал победителя.

Добрушин показал ему ключ.

— Зря ты с Раечкой в беседке фотографировался. Слишком нарочито.

— Получил свое? — прохрипел Калган. — Ну а я тебе зачем?

— В течение трех месяцев Калганом был я. И от рук этого бешеного пса погибали ни в чем не повинные женщины, старик–свидетель, адвокат, его подручный, опер Ледогоров, талантливый писатель. Бедняги. Им бы жить да жить, а они погибали. Вот что ты наделал, Калган.