— Даша. С одним «д». Мне восемнадцать лет, и я еду на юг автостопом. Это первое мое самостоятельное путешествие.

— Подумать только. Вы смелая девушка. Или у вас есть провожатый? Ангел–хранитель?

— Я вполне самостоятельна. А ангелов на небесах много, я не отдаю кому–то предпочтение. Меня берегут, и я благодарна им.

— А как же родители?

— Я сирота. У меня есть отчим, но он не в счет.

— Жаль. Такое прелестное создание должно находиться под родительской опекой. Вы в том самом возрасте, когда за каждую пятерку в школе нужно дарить дочери подарки, красиво одевать, стричь ей ноготки и расчесывать ее шикарные волосы. Если когда–нибудь у меня будет дочь, я так и поступлю. Таких очаровашек надо носить на руках.

— А свою жену вы носите на руках?

— У меня нет жены, Дашенька. Я — волк–одиночка. Никто со мной не сойдется. Или машина, или жена. Гонки в Монте–Карло, ралли Париж–Дакар, испытательные полигоны, автотреки, смертельный риск и ни секунды времени на ласки. Дорога, дорога и еще раз дорога. Возвращаясь домой, думаешь о горячем душе, свежей постели, тишине, а стоит проснуться, и тебя вновь влечет гул мотора, крутые виражи и встречный ветер. Так и теперь будет. Я возвращаюсь домой, чтобы прикорнуть на мягкой подушке и выпить глоток доброго вина.

— Потрясающая жизнь, Геннадий через два «н». Но как быть с мечтой о дочке, которую вы хотите холить и лелеять? Дорога, запах бензина и отсутствие колыбели не совместимы с капризным ребенком,

— Не смею спорить, Дашенька, Когда в жизни появляется что–то настояш;ее, то все дороги обрываются. Можно остановить колеса, но надо знать, ради чего это делаешь.

За разговором гонщик смел все, что принес на подносе, и, вытерев салфеткой губы, непринужденно сказал:

— Ну что? Поехали?

Девушке очень хотелось услышать что–то похожее, Она кивнула и встала из–за стола. Кроме легкой спортивной сумки у Даши ничего не было, и предложение о помощи осталось висеть в воздухе. Когда они шли через пустой зал к выходу, девушка ухмыльнулась, заметив, как кассирша перешептывается с барменом, кивая в их сторону. В глазах отсталых обывателей она выглядела в черном свете. Впрочем, ей плевать, что и кто говорит вслед. Пропустив парня вперед, у дверей Даша обернулась и показала ханжеской парочке язык. Вполне нормальное явление для переходного возраста героини, которая летела с огромной скоростью вперед, минуя лишние остановки: «девочка», «подросток», «девушка», и, сорвавшись с трамплина, падала у подхода к станции «женщина». Однако природу трудно обмануть. Ее сознание не успевало переключаться с одного этапа на другой, а полет казался сладостным и бесконечным.