«Засада, – шептал внутренний голос. – Это ловушка!»

Облизав соленые губы, Зола собралась с духом, толкнула дверь ногой и проскользнула внутрь прежде, чем та успела захлопнуться. Напряженная, словно сжатая пружина, она была готова в любую секунду вступить в бой.

Но тронный зал встретил ее тишиной. Без толпы гостей он казался огромным; от праздничной обстановки остались лишь стулья для зрителей, но и те были отодвинуты к стене.

Трон, впрочем, стоял на своем месте, и Левана восседала на нем, как и прежде. Правда, сейчас она не выглядела холодной и самодовольной. Теперь королева цеплялась за трон, как за соломинку. Одежды в цветах Восточного Содружества выглядели на ней, как насмешка над всем, что было дорого Каю и его согражданам. На лицо Леваны вернулись чары; правда, когда Зола вошла, королева даже не обернулась. За пеленой густых волос девушка едва могла разглядеть кончик идеального носа и очертания алых губ.

Кроме королевы в зале был еще… Торн. Зола надеялась, что это подставной лунатик, который должен сбить ее с толку. Она прищурилась и остановилась неподалеку от выхода.

– Ну, наконец-то! – со знакомой иронией воскликнул Торн. – Ты не представляешь, что я пережил за последние несколько минут.

Надежда Золы угасла: это определенно был Торн, и стоял он на самом краю балкона, откуда пару дней назад она сама спрыгнула в озеро. Его руки были сложены за спиной и, скорее всего, связаны. Светящийся галстук-бабочка пропал, как и сливового цвета пиджак. На капитане была рубашка с распахнутым воротом и испачканные в крови штаны с прорехой на бедре, сквозь которую была видна повязка.

Зола попыталась нащупать его биоэлектрические импульсы, но Левана уже сковала Торна ментальными кандалами. Он был целиком в ее власти.

Капитан заметил кровавые разводы на одежде Золы, оружие в обеих руках и вопросительно поднял бровь.

– Тяжелый день?

Зола не ответила. Она все еще ждала внезапного нападения. Выстрела в сердце. Гвардейца, который вынырнет из темноты и перережет ей горло.

Но ничего не происходило.

Тишину в зале нарушало лишь ее хриплое дыхание.

– Что с ногой? – наконец спросила она.

Торн беспечно пожал плечами.

– Болит ужасно, но жить буду. Если, конечно, не подцепил в здешних казематах какую-нибудь инфекцию.

Поглядев за спину и убедившись, что ее никто не преследует, Зола осторожно шагнула вперед.

Торн отступил на шаг ближе к краю.

Зола остановилась.

– Ближе не подходи, – предостерегла ее Левана. Голос королевы был тихим и усталым. В ней не осталось ничего от властной правительницы, рассуждавшей, какую казнь выбрать для самозванки. Головы Левана так и не повернула. – Оружие поднимать тоже не советую. Если, конечно, не думаешь, что он такой же везунчик, как и ты.