Мэри почувствовала укол в сердце. Там, на картине, между золотых пшеничных полей, рядом с простирающимся на много километров лесом, приютившим в себе самых разных животных, шумел не покрытый куполом город, где дикие люди в набедренных повязках нянчили потомство, занимались примитивным земледелием и ремеслом. Мэри любила этот приукрашенный мир, и ей было больно слышать слова Стивенсона. Это задело её настолько, что глаза налились слезами. Но она не заплакала, нет. По Старому Миру и так пролито достаточно слёз, с него давно уже хватит.

— У вас слишком бурная фантазия, милочка — сказал доктор, продолжая с насмешкой глядеть на картину. — Таинственная Кристина. Импланты. Дивный старый мир… Как вы всё это только придумываете?

Продолжая надрывно дышать, Мэри натянула улыбку.

— У Сары Стивенсон была дочь, — сказала она, вспомнив все детали видений. — Такая же как я.

Улыбка исчезла с лица доктора. Теперь он смотрел не на картину, а будто бы сквозь неё.

— Где же она сейчас?

У доктора Стивенсона дрогнули мускулы на лице. Он сорвался с места и в три шага добрался до кровати.

— Заткнись! — воскликнул он, отвесив Мэри удар костяшками ладони.

Она почувствовала, как что-то хрустнуло, и из носа потёк ручеёк крови. Доктор склонился над Мэри и сжал её горло с такой силой, что она едва могла вбирать ртом воздух.

— Ей повезло, что она ушла из этого мира так рано, — прошипел он, глядя своими аллигаторскими глазами в глаза Мэри. — Ей не придётся терпеть то, что будешь терпеть ты!

— Доктор Стивенсон, — послышался обеспокоенный мужской голос около двери.

Доктор-человекоаллигатор неспешно отстранился и отпустил Мэри. Девушка захрипела от потока пришедшего воздуха и, откинув голову в потолок, закашлялась. Кровь тут же потекла ей в горло, и Мэри пришлось склонить голову, чтобы не захлебнуться. Красная жидкость вновь ринулась из опухшего носа, заливая собой больничную рубашку и белые простыни.

Дверь была открыта, и в проёме стоял тот низкорослый мужчина из воспоминания Анны. Теперь на его голове совсем не было волос, глаза потускнели, а лицо избороздили глубокие морщины. В его шею въелся какой-то продолговатый имплант.

— Что здесь происходит? — недоумённо спросил он.

— Несчастный случай, — всё ещё тяжело дыша сказал Стивенсон.

Разинув рот, вошедший мужчина посмотрел на Мэри.

— Нужно остановить кровь, доктор Стивенсон.

— Займёмся этим уже на месте.

Мэри завертела головой. «Что? На месте? Что это значит?».

Лысый мужчина пожал плечами: