— Как хорошо, что ты заглянул к нам! Заходи же!

Йенс недовольно зыркнул — и сделал шаг назад, открывая проход, а Маттэа протиснулась мимо него, чтобы обнять Бена.

— Ты взял долгую паузу! Сколько лет прошло? Три?

— Прости, — сказал Бен. — Я поддерживал контакт с Йенсом… Ты же знаешь, что я теперь коп.

— Йенс рассказывал мне. Я с большим трудом поверила.

— Боюсь, мои коллеги так и не поверили.

Они вошли в квартиру. В ней было не прибрано, но уже не так грязно, как во времена, когда Бен, Йенс и еще два студента жили в съемной квартире.

— Хочешь чаю? — просила Маттэа.

— Нет. Спасибо. Я ненадолго.

— Жаль.

— Его ищут копы, — сказал Йенс. — Он всех нас каждую секунду подвергает опасности. Если они следили за ним…

Маттэа бросила на него уничижительный взгляд.

— Если ты пересрал из-за копов, то завязывай с делом!

Бен посмотрел на нее с удивлением.

— Ты знаешь о…

— АТР? Как не знать! Это ведь я придумала!

Как на нее похоже! В отличие от Йенса, который всегда проявлял осторожность и систематически все планировал, Маттэа слыла созданием креативным и необузданным. Она была хакершей, художницей-акционисткой, готической моделью, пела в панк-группе и не признавала правил и предписаний. С Йенсом они познакомились, когда работали программистами в Havaris Software, стартапе, который основал Бен вместе со своим тогдашним приятелем Фолькером.

— Кто еще с вами? — спросил Бен.

— Ничего не говори! — предостерег Йенс. — Он же коп!

— Уже нет, — возразил Бен. — Они выписали ордер на мой арест. А это не способствует карьере.