Потом яма вдруг выровнялась, и я узрел в пятидесяти шагах от себя подполковника Остапенко вместе с Колей Маковым, а в семидесяти метрах — Джоди Коновера, а еще метрах в сорока-мертвого Колесникова! И сразу сообразил, что проклятая слизь собрала нас всех вместе, чтобы мы друг друга перекрошили. Кроме того, выходит, мне не прибредилось, что я покойного Серегу через канаву переводил.

Впрочем, предположения и догадки стали возникать у меня несколько позднее. Во время перебежек, когда я метался между кочек, пытаясь укрыться от пуль.

А с самого начала я заметил, что мертвая Серегина голова облеплена сопливой слизью, а в тронутых распадом руках торчит «Ингрэм». И строчит по всему, что движется.

Такой войны свет еще не видел. В ней участвовало сразу четыре противоборствующие стороны. Причем моя сторона была самой нагруженной, и это лишало ее необходимой ловкости. Когда рожок моего «АК» истощился — в основном на подполковнике, несмотря на тяжеловесность снующем между стеблей, как муха, как жирная отожравшаяся муха — автомат я отбросил, и мне немножко полегчало.

Между делом, я видел, что Серегиному трупу изрядно достается, и преимущественно от Коли Макова, который то ли боялся его больше всех, то ли вымещал злобу на товарища старшего лейтенанта. Однако мертвец свою низкое боевое искусство возмещал малой уязвимостью. Из дырок-ран какое-то недолгое время ползла вездесущая слизь, и этим ущерб ограничивался.

А когда я достаточно замучился ратным трудом, мое восприятие стало меняться. Сквозь все завесы меня достали чужеродные пульсации, и я почувствовал, что монстр растерян, не знает как поступить, что он тянется на контакт со мной. Вернее его управляющий центр выходит на связь со мной. И опять мой психический «электрон» стал вращаться, как вокруг меня, так и возле контактера. Я начал смотреть на мир странными глазами набитого слизью трупака. Они плохо реагировали на неподвижные предметы, но недурно воспринимали все движущееся — как в тепловом, так и в оптическом диапазонах. Я стал слышать ушами мертвеца, и в спектре звуков было много лишнего шума-какие-то комариные писки, даже хруст челюстей некоего прожорливого насекомого.

При постижении получившегося из Сереги монстра выявилось три сути, три центра управления.

Одна сущность была родом из слизи, из клеточных колоний, живущих в тростнике, она подпитывала жмурика энергией и замедляла распад. И кажется не слишком понимала, что вообще происходит.

Старая серегина суть тоже просматривалась. Она очень хотела продлить свое житие-бытие, но была какой-то потрепанной, разваливающейся, стонущей, тянущей изо всего силы.