— Мне не очень нравится ваше настроение, мадемуазель Рая, — жестко произнес Фаркаши. — Мы знаем Ионела. Он будет молчать.

— Я его тоже знаю, Мачек. Однако я знаю и то, что могут сделать с человеком эти подонки из сигуранцы. — Ее черные глаза вспыхнули ненавистью.

На минуту в комнате воцарилось молчание.

«Похоже, — подумал Фаркаши, — у нее особые счеты с сигуранцей», — но расспрашивать не стал.

Рая уже взяла себя в руки и виновато улыбнулась.

— Вы уж извините меня за минутную слабость. Я же все-таки женщина. Все время на нервах. И это мое занятие… Надоело до смерти. Вы даже не представляете, какие дуры сюда приходят. И то ей скажи, и это, и как замуж за богатого и красивого выйти, и как молодость сохранить, и много всякого, о чем даже рассказать мужчине совестно.

Фаркаши ее не прерывал, давая возможность высказаться. Он был сейчас единственным близким, своим человеком с той стороны.

— Из Центра передают, — продолжала Рая уже деловым тоном, — вам необходимо заинтересоваться уроженцем Протягайловки Григорием Мугурелом и неким Марчелом. По не проверенным, но заслуживающим доверия сведениям, этих двоих видели в Протягайловке накануне массового перехода границы. Судя по всему, именно Марчел основная фигура. Григорий играл подсобную роль, видимо его завербовали ради «крыши»: брат имел дом в Протягайловке и тоже сбежал. Григорий же много лет назад ушел в Румынию, чем здесь занимался, узнать не удалось. Установить контакт с Марчелом и Григорием Мугурелом вам должны помочь Думитру Затыка и Николай Потынга, это наши люди из Протягайловки, перешедшие Днестр под видом беженцев. Они должны находиться в Тигине, в ремесленном училище. Вы для них — дядя Георгий.

— Все верно. По-чешски имя Георгий звучит как Иржи.

— Запомнили фамилии или повторить?

— Повторять не надо, — сухо ответил Фаркаши. — Однако я не понял, что значит — должны находиться?

— Не знаю, так было в шифровке. Это первоочередное задание.

— Понятно, — кивнул Фаркаши. — Продолжайте.

— После этого вам необходимо сосредоточиться на Новосельцеве Александре Васильевиче, владельце бакалейной лавки. Это русский, бывший офицер. Есть основания думать, что он связан с сигуранцей и разведотделом третьего корпуса, однако его роль не совсем ясна.

Фаркаши слушал, хотя уже знал кое-что о Новосельцеве. В Центре его ознакомили с донесениями Ионела, касающимися Новосельцева и других лиц, попавших в поле зрения советского резидента.

— А вам что-нибудь известно об этом человеке? — спросил он свою собеседницу.

— Почти ничего… Я ведь только связная.