Смерть полковника устраивала всех, тем более что ее можно было использовать для очередного расстрела находящихся в тюрьмах большевиков. Что же касается Ванды, то ей покровительствовал не только Уваров, но и начальник штаба Май-Маевского. Поэтому, если бы она на глазах у всех застрелила Винокурова, этого бы тоже никто не заметил… Я поинтересовался, что Жакович сделал с письмами Галицкого.

– Вначале я хотел их уничтожить, а потом передал вместе с драгоценностями Глебу. Глеб обещал переслать эти письма матери Галицкого. Сделал он это или нет – не знаю.

– Махновская контрразведка разыскивала Кореина?

– Ну а как же! Но, насколько мне известно, безрезультатно, хотя Федька Сифилитик и хвастался под пьяную лавочку, что напал на верный след…

Я задал ему еще несколько вопросов. Затем Жакович взглянул на часы и поднялся:

– Мне пора, Косачевский. Дима Попов уже заждался. Счастливо вам.

– До следующей встречи?

– Не думаю, что вам приведется еще увидеться. Вы же знаете, что я скоро уезжаю.

– Что вы собираетесь делать в Америке?

– Баллотироваться в президенты, – усмехнулся он. И, помолчав, добавил: – Или в гангстеры… Жизнь коротка, а я еще не был ни тем и не другим. Надо попробовать.

– Логично.

– Что?! – Жакович расхохотался. – Когда я был вам нужен, вы мне льстили, убеждая меня, что я всю свою жизнь возвышался над логикой, а теперь пытаетесь меня оскорбить. Нет, Косачевский, нелогично. Раб логики – это вы, а я – ее господин. Так что же вам пожелать на прощание? Отыскать основателя новой религии и увезенные им ценности? Желаю, хотя и уверен, что эти пожелания не сбудутся…

Жакович ошибся: его пожелания сбылись. Но все произошло не так, как мне хотелось…

Из докладной запискиначальника Центророзыска РСФСР

товарища Ермаша Ф.В.

от 27 декабря 1920 г.

по делу о розыске ценностеймонархической организации «Алмазный фонд».