– В ванной он сидел у меня на коленях и… начал издавать странные звуки… прижиматься ко мне, как будто…
По лицу Алекс видно: она отлично понимает, о чем я говорю.
– Ты знала?
Она кивает:
– Та милая медсестра в больнице предупредила. Видела, как он это делает, и попросила не беспокоиться. В подвале он навидался всяких ужасов, которые еще не способен понять. А его мать… ну, ты понимаешь. В общем, сестра посоветовала мне книгу Эммы Донохью «Комната», слышал про такую? Я давно скачала ее себе на «Киндл», но все никак руки не доходили.
– И как, помогает?
В сумерках Алекс поворачивается ко мне:
– Без слез не прочитаешь.
* * *
Утро понедельника. За завтраком Алекс рассказывает мне, чем они с мальчиком собираются заняться. Покормить уток, покачаться на качелях, прогуляться вдоль реки. Как будто она составила целый список дел, которыми когда-то мы занимались с Джейком. Я так не могу. Слишком рано. И разве это справедливо – втягивать мальчишку в жизнь, созданную для другого ребенка? Или я просто ищу отговорку? Правда, сейчас она мне и не требуется.
Когда я захожу, все уже собрались в штабе, включая специалиста по распознаванию речи. Видимо, слухи расползлись, потому что атмосфера просто накалена от ожидания.
– Итак, что у нас?
Аналитик поправляет очки на носу. Он явно не привык выступать перед большим количеством людей.
– Что ж, я проверил догадку детектива-констебля Бакстера, и да, это возможно.
– Стой, давай-ка на человеческом языке.
Парень краснеет.
– Судя по фоновому шуму, то есть качеству звука, можно предположить, что голос был записан.
Сейчас точно нет никакого шума. Все затаили дыхание.
– Уточним, – говорю я. – Вы думаете, что Гардинер включил старую запись, что-то из своей голосовой почты?