Витёк фиксировал на пленку работающий телевизор.

Для непосвященного такое, скажем прямо, — полная шиза, но я-то понимал, что это не более чем один из распространенных способов закодированной передачи разведданных. Канал работал какой-то местный, на арабском языке, что в действительности никакого значения не имело, даже ещё больше наводило на подозрения — за незнакомой речью, в сущности, легче прятать даже самые обыкновенные шифровки.

Итак, у меня стало одной задачей больше. Теперь предстояло выкрасть у Витька кассету и волочь её все в тот же тайник. Проводить экспертизу сам я был, разумеется не в силах, тут потребуются лихие спецы из команды Тима Спрингера, а сделать копию — конечно, хорошо бы, но когда и как? Вариант с воровством представлялся особенно печальным, поскольку свалить пропажу на здешнюю обслугу не удастся. В Эмиратах не воруют. То есть совсем не воруют. Нигде и никогда. Сразу будет ясно, что сперли свои.

Все это я прокрутил в голове за считанные секунды, пока мы садились в кресла и на краешек кровати, доставали сигареты, закуривали. А Витёк уже взял себя в руки и как ни в чем не бывало объяснял:

— Это я эксперименты ставлю. Глядите, какая фигня получается. Если ровно камеру держать, в принципе воспроизводится все почти без потерь качества, ну, без помех, а вот если двигать!.. Такие наводки идут! Очень забавно.

— Делать тебе нечего, — резюмировал Паша. — Пошли на обед.

А в ресторане, наконец, объявился пропавший Костик. И сразу стал ещё одним реальным кандидатом в самые подозрительные из подозреваемых. Продрыхнув едва ли не до двенадцати, он выпил кофе с булочкой в ближайшем кафе и разумно решил, что на пляж ехать поздно. Поэтому, несмотря на удушающую жару, двинул в город в поисках товара. Все это, конечно, с его слов. Но вот дальше слова кончались и начинались факты.

— Представляете, — радостно сообщил Костя, — я нашел фирму, которая продает дискеты «TDK» меньше, чем по два бакса за пачку и зип-дискеты «Iomega» дешевле шести…

Он рассказывал дальше, для убедительности выкладывая на стол образцы, но мне уже хватило: ключевое слово «дискета» было произнесено. Чего же проще: прятать ту единственную дискету, за которой гоняются сегодня все спецслужбы мира, в одной из многочисленных коробочек, запакованных в ящики на огромном складе — хитро, черт возьми! Я представил себе, как провожу безумный обыск, вставляя в дисковод последовательно одну за другой десять тысяч дискет, и пришел в неописуемый ужас. Кажется, я даже вспотел в прохладном помещении ресторана, но Паша не заметил этого, а Белка сделала вид, что не обращает внимания.