Не изменился и Малькольм.

А вот Дуфф выглядел иначе. Старше. С тех пор как он, дожидаясь ее, сидел на этой кровати, прошли месяцы, но состарили его не эти месяцы, а дни, прошедшие с того вечера, когда он покинул ее квартиру.

– Ты пришла, – сказал Дуфф.

Она кивнула.

Малькольм кашлянул и принялся протирать очки.

– Ты, Кетнес, похоже, не очень удивлена, что мы здесь.

– Главное, что здесь – вот что в первую очередь меня удивляет, – сказала она. – И что теперь будет?

– А чего бы ты хотела, Кетнес?

– Я бы хотела отнять власть у убийцы. У Макбета.

Сейтон повернул вниз рычаг, а потом дернул его вверх. Железная дверь открылась, Макбет вошел внутрь и нажал на выключатель. Два раза мигнув, лампочки зажглись и залили холодным синеватым светом полки с оружием. Прямо посреди комнаты стоял сейф и два наполовину разобранных «Гатлинга». Подойдя к сейфу, Макбет набрал код, открыл дверцу и вытащил полосатый чемоданчик.

– Если в Управлении где-то и можно его хранить, то только тут. Стены здесь толстые, – пояснил он, – да и то я на всякий случай запер ее в сейф.

– То есть это бомба?

– Ага. – Макбет опустился на корточки и открыл чемоданчик. – А со стороны выглядит как чемодан с золотыми слитками, – он приподнял один из слитков, – обычное позолоченное железо, но под ним, – Макбет поднял дно, – настоящая бомба.

– Во дела, – Сейтон присвистнул, – настоящая железная бомба.

– Гениально, да? Золото же тяжелое, поэтому никто ничего не заподозрит. В свое время этой бомбой хотели взорвать «Инвернесс».

– А-а, это то самое дело. А почему ее не уничтожили?

– Я попросил. – Макбет разглядывал механизм, по виду напоминающий часы. – Тут такая тонкая работа, просто удивительная. Мы ее просто обезвредили. Я тогда думал, что когда-нибудь бомба может нам пригодиться. Вот и пришло время… – он осторожно приподнял металлический шпенек размером не больше спички. – Достаточно вытащить его, и часы начнут тикать. Механизм вроде как простой, но, чтобы обезвредить его, нам понадобилось почти сорок минут. Когда он запускается, у тебя есть всего двадцать пять минут и пятьдесят пять секунд, так что, если я вытащу вот это, назад пути нет.

– Значит, разговор с Гекатой будет коротким.

– Да, засиживаться не станем. Я скажу ему, что деньги – знак моей признательности за то, что он для нас сделал, а если он поможет мне стать бургомистром, я заплачу ему еще больше.

– Думаешь, он согласится помочь?