— Тяжелые минуты выпадают на долю каждого, — пожал плечами я.

— Как бы то ни было, все эти рассказы об увечье короля Ричарда — измышления его недругов, — заметил Ренн. — Я ведь видел его собственными глазами. И могу поклясться, он был прям как стрела. Лицо у него было суровым, волевым и решительным. Но отнюдь не жестоким.

Ренн откинулся на подушки.

— Господи боже, сколько лет пролетело с тех пор! Тогда я был совсем мальчишкой.

Он вновь вперил в меня пристальный взгляд.

— Мэтью, я надеялся, что силы не оставят меня так быстро. Но приступ, который я пережил вчера, — это дурной знак. Судя по всему, недуг поступит со мной так же беспощадно, как с моим отцом. А это означает, что боль будет терзать меня почти постоянно и промежутки хорошего самочувствия будут становиться все короче. Боюсь, по дороге в Лондон я доставлю вам немало хлопот.

— Не беспокойтесь ни о чем. Мы с Бараком с удовольствием окажем вам любую помощь, на какую только способны.

— Вы очень добры, Мэтью, — произнес Джайлс, и взгляд его увлажнился слезами.

В следующее мгновение он смущенно отвернулся.

Я почему-то подумал о том, что за всю свою жизнь ни разу не видел слез на глазах отца. Они оставались сухими, даже когда умерла мать. На несколько мгновений в комнате повисло неловкое молчание. Потом я произнес нарочито беззаботным тоном:

— Раз уж я здесь, позвольте попросить вас об одном небольшом одолжении.

— Да-да, разумеется. Я к вашим услугам.

— Мне нужна карта Южной Англии. Хочу кое-что проверить. В связи с делом, которым занимался в Лондоне. Возможно, в вашем богатом книжном собрании есть и карты?

— Конечно, есть, — кивнул Ренн, и в глазах его вспыхнули любопытные искорки. — Это старинные карты, составленные еще монахами, но, поверьте, они не так уж плохи. Правда, я собирал по большей части карты северных графств, и все же, надеюсь, среди них отыщется несколько таких, что пригодятся вам. Заодно посмотрите мою библиотеку. Она находится в задней части дома и занимает две комнаты. Скажите Меджи, чтобы дала вам ключи. Карты и планы хранятся в первой комнате, на третьей полке, что на южной стене. К сожалению, сейчас я не могу встать и помочь вам в поисках.

— Ничего, я справлюсь сам.

Я поднялся, ибо почувствовал, что больной устал.

— Завтра я пошлю вам записку, узнать, как вы себя чувствуете. Если силы к вам не вернутся, я сообщу об этом Малевереру. Ему придется искать вам замену. Он уже сказал, что не позволит мне председательствовать на слушаниях.

— Уверен, завтра я смогу приступить к работе, — с жаром заявил Ренн.

Несколько мгновений он молчал, потом нерешительно добавил: