— Пропустят. Я далеко не единственная девушка, которой не спится по ночам.

— Вот они, придворные нравы, — усмехнулся я.

Повернувшись к Бараку, я заметил, что в глазах его по-прежнему светится сомнение. Как видно, мои доводы не показались ему убедительными. Вдруг он увидел что-то за моей спиной. Глаза его расширились, губы побелели.

— Слишком поздно, — проронил он.

Я быстро повернулся. В трапезную вошли несколько солдат, возглавляемых сержантом Ликоном. Отделившись от своих людей, он направился к нам. Взгляд его в растерянности перебегал по нашим лицам.

— Что произошло? — спросил он. — Вид у вас такой испуганный, словно вы все стоите на краю разверзшейся преисподней.

— Ровным счетом ничего, сержант, мы…

— Поздно вы решили поужинать.

— Мы просто заболтались. Но сейчас и в самом деле поздно. Пора ложиться спать.

— Сэр, я должен кое о чем вам сообщить. С глазу на глаз, — произнес сержант, потупив голову.

Вместе с ним я отошел на несколько шагов в сторону. Краем глаза я заметил, что солдаты разбудили слугу, и он, зевая во весь рот, наливает им пиво. Судя по этой мирной картине, они явились сюда отнюдь не с намерением нас арестовать.

Ликон вперил в меня серьезный взгляд. Во время наших прежних встреч он держался дружелюбно и приветливо, но сейчас на лице его застыло настороженное, почти враждебное выражение.

— Один из моих людей сообщил мне, что между вами и надзирателем Редвинтером произошла серьезная заваруха, — отчеканил сержант. — В коридоре возле камеры заключенного.

— А, вот вы о чем. Да, нам пришлось выяснить отношения.

— Я обязан сообщить об этом сэру Уильяму Малевереру. Но, по словам моего человека, Редвинтер сделал все, чтобы вывести вас из себя.

— Да, сержант, по этой части он большой искусник. Но мне не следовало поддаваться на провокацию.

— Поэтому я решил, что об этом случае лучше молчать. У сэра Уильяма и без того много забот, и не стоит лишний раз ему докучать. Но вы должны мне пообещать, что впредь ничего подобного не произойдет.

— Обещаю держать себя в руках.

Сержант удовлетворенно кивнул.

— А как себя чувствует Бродерик? — осведомился я. — Сегодня я не успел к нему заглянуть.