— Господи боже! — донесся до меня визгливый голос Генриха. — Такая богатая гробница достойна вместить останки монарха, а для гнилых костей какого-то архиепископа это слишком большая роскошь! Чтобы завтра же от этой падали и следа не осталось! Вы поняли меня, Ли? Содержимое этой гробницы должно оказаться в выгребной яме, иначе там окажетесь вы!

Король злобно возвысил голос.

— Я приказал уничтожить гробницы по всей Англии. Как вы смели меня ослушаться? Запомните, я, и только я, являюсь единственной властью, которая вершит дела церкви!

Судя по тому, что голос короля доносился все глуше, он проследовал мимо. Я осмелился поднять глаза. Процессия медленно удалялась. Я отыскал глазами широкую спину в бархатной мантии. Неужели этот упоенный своим величием человек — внук бастарда? Мысль эта заставила меня содрогнуться. В какое-то мгновение мне даже показалось, что король сейчас догадается о моих крамольных предположениях. Я заметил, что он очень сильно хромает. Без палки, украшенной драгоценными камнями, он вряд ли смог бы ходить. Солдаты цепочкой потянулись со двора вслед за монархом.

— Что ж, Тэмми, твоя мечта исполнилась, — улыбнулся Барак. — Сейчас ты видела короля совсем близко.

— Вот уж не думала, что он такой старый, — вздохнула девушка. — Бедная королева.

— Она достойна сожаления не более, нежели мы все, — изрек Джайлс. — Идемте в собор.

Стоило вступить под высокие своды, как у меня дух перехватило от восхищения. И размерами, и роскошью убранства Йоркский собор превосходил собор Святого Павла. Я изумленно озирался по сторонам, стараясь сквозь легкую дымку фимиама разглядеть все до мельчайших подробностей. Внутри витражи производили еще более сильное впечатление. Огромное восточное окно неодолимо притягивало взор. В многочисленных боковых капеллах священники бормотали слова молитв. Про себя я вновь подивился несообразностям церковной реформы: прекрасную церковь в аббатстве Святой Марии превратили в конюшню, в то время как собор оставили в неприкосновенности.

— Что это, мастер Ренн? — удивленно спросила Тамазин, указав на расписную фигуру дракона, стоявшую в одном из нефов.

— Всего лишь рычаг, при помощи которого открывается крышка большой купели. Тот, кто его соорудил, был не лишен чувства юмора. Правда, сейчас подобные украшения производят странное впечатление.

Я присоединился к Бараку, который разглядывал причудливо украшенную боковую капеллу. Чуть поодаль стояли несколько священнослужителей. В одном из них я узнал человека, на которого Ренн указал мне как на настоятеля собора. На лице его застыло выражение мрачного удовлетворения.