«Погоди, — сказала я, — о чем ты вообще?» А она в ответ: «Он уже почти влюбился в меня. И теперь пройдет этот путь до конца. Я заставлю его бросить семью, развестись, заставлю рассказать обо мне жене, да такое, что она никогда не согласится принять его назад. И когда это случится, я его брошу».

Вот он. Вот тот фрагмент, который мы со Стивом не могли отыскать. Вот зачем Ашлин понадобился Маккэнн.

— Господи, — сказала я. — Ничем хорошим это просто не могло закончиться.

— Знаю. И я ей об этом твердила. Вот прямо этими же словами.

— Но вы говорили, что Ашлин всегда была добра к людям.

— Так и есть. Именно поэтому я особенно испугалась. Чтобы эта чертова мертвая петля возникла у нее в мозгу, она должна была забыть о людях. История, которая поселилаcь у нее в голове, вытеснила все остальное, и то, что речь про реальных людей, попросту забылось. — Люси потянулась за пачкой сигарет, но не закурить, а занять руки. — Я пыталась разубедить ее, сказала: «Я думала, что Джо не из тех, кто заводит романы на стороне». Аш ответила: «Не заводит. Но это я преодолею, не особо и сложно. Он постоянно говорит, что рядом с женой его удерживает только привычка, и что он любит ее, но не влюблен, и тому подобную банальную чушь. Так он оправдывает наши с ним встречи. Я просто подтолкну его, заставлю вообразить себя отважным романтиком, готовым разорвать оковы бессмысленного брака и устремиться за Истинной Любовью. Он ведь твердил моей матери, что никогда не оставит жену и детей, никогда-никогда… Лицемерный козел! Клянусь, он бросит жену еще до Рождества. Вот увидишь».

— Попросту говоря, она собиралась затрахать его настолько, что он перестанет что-либо соображать.

От этих моих слов Люси моргнула, но сказала ровно:

— Да. Именно так.

— Не всякий человек готов на такое.

И это еще мягко говоря. Большинство полицейских под прикрытием, подготовленных профессионалов, не станут спать со своим объектом. А для Ашлин, полной любительницы, это была и вовсе невероятная жесть.

— В некоторых вещах Аш была очень странной, — сказала Люси. — Секс, любовь, все это… Она обожала женские романы со счастливым концом, но когда дело доходило до ее собственной жизни — куда там. Еще когда мы были детьми, она говорила, что никогда не влюбится. Она встречалась с несколькими парнями, но исключительно чтобы набраться опыта. Она не хотела в тридцать лет остаться девственницей, не бывавшей на свидании. Но как только отношения начинали становиться серьезнее, она тут же их обрывала.

— Это из-за ее отца. И матери.

— Наверное. «Ты посмотри, что эта любовь с тобой творит, — говорила она. — Только посмотри. Твоя жизнь оказывается в чьих-то руках. В любую минуту, — тут она вот так обычно щелкала пальцами, — кто-то может взять и полностью перевернуть твою жизнь. Или вовсе отобрать ее. И ты уже никогда не получишь ее обратно, ты больше не принадлежишь себе — из-за любви».