– Путь вниз долог, да?

– Можно найти что-то получше, – говорит Йоханссон и в тот же момент понимает, что ошибается.

– Все будет лучше, но за это надо бороться, – говорит Росс. – Скоро ты от всего устанешь. – Он кажется именно уставшим, смертельно уставшим. – Не ожидал, что увижу тебя здесь. – Через мгновение, словно заставив себя проснуться, он расправляет плечи. – Я ничего не говорил. Тебя сдал не я.

– Знаю.

– Давно ты здесь?

– Пару недель.

– Потребуется время, чтобы привыкнуть. Но ты же с Кийаном. – Росс кивает.

– К чему вы это? – резко спрашивает Йоханссон и наталкивается на острый взгляд Росса.

– Ты неприкасаемый, – произносит тот, смягчившись. – Работаешь в лагере?

– В клинике.

В глазах Росса мелькает интерес.

– Значит, после всего, что произошло, ты учился медицине?

– До того.

– И теперь спасаешь жизни. – Росс говорит так, словно в этой фразе есть скрытый смысл, и кивает, будто он понятен ему одному.

Йоханссон молчит.

– Он честный человек. Кийан. Оставил меня в покое. – Взгляд Росса становится уверенным, осанка ровной, он явно гордится тем, что от него отстали враги. Впрочем, им обоим известна правда.

Тебя оставили в покое, потому что сломали. Оставили, чтобы люди могли показывать пальцем и спрашивать: «Разве это не Чарли Росс?»

– Он ведь не знает, что это был ты? – задает Чарли вопрос после долгой паузы.

Йоханссон качает головой.