– Откуда у тебя это, Джимми? – спрашивает Йоханссон, хотя уже знает ответ.

– Мои, – гордо отвечает тот.

– Твой сын? – Йоханссон кивает на фотографию.

Джимми с гордостью улыбается и выуживает из пачки еще один снимок.

– Мой дом.

Это тот же самый дом. Дом в Марлоу.

Здание новое, но стилизовано под старину. На заднем плане устремленные ввысь башенки, в стороне оранжерея с рамами из дорогой древесины, живая изгородь, спускающиеся к газону ступеньки. Йоханссон уверен, что дом именно тот, хотя видел его лишь однажды в темноте, восемь лет назад. На снимке не видна река. На следующей фотографии запечатлена стоящая на крыльце пара. На женщине голубое платье. У нее милое лицо, а ведь при встрече она едва окинула его взглядом. Она смотрела только на Салли.

Рядом с ней стоит мужчина. Чарли Росс.

– Ты знаешь его, Джимми? Он твой друг? – Джимми молча смотрит на снимок. – Ты знаешь, где он сейчас живет? – Глаза парня расширяются, и он приоткрывает рот. – Не смей никому говорить, где он живет. Ни мне, никому, ладно?

Джимми смотрит на него с сомнением.

– Вот, держи. – Йоханссон вкладывает фотографии ему в руки. – Береги их.

Джимми расплывается в улыбке.

– Мои фотографии. – Он поспешно запихивает их обратно в карман. – Пока, пока, – бормочет он и уходит.

Йоханссон смотрит ему вслед.

Уже почти скрывшись из вида, Джимми останавливается и секунд десять смотрит на здание напротив.

Он не должен говорить. Кивнув, словно одобряя свои мысли, он решает, что поступил правильно, и уходит.

Йоханссон выжидает еще шесть минут и отрывается от стены. Группа преследователей распадается, и хвост следует за ним.

Он идет в противоположную сторону от того переулка, в котором скрылся Джимми, затем поворачивает обратно к зданию, у которого тот останавливался. Хвост следует за ним с интервалом в четыре секунды.