Купер-младший отвернулся от скамьи и посмотрел в сторону Хай-стрит. По тротуару в его сторону шли четыре женщины. Они двигались медленно, широко, как ковбои, расставляя ноги. Их шапки были глубоко надвинуты на глаза, а руки висели вдоль туловища под тяжестью раздувшихся пакетов с покупками. Перед женщинами по тротуару ползли длинные тени, которые они отбрасывали из-за светящих им в спины витрин магазина «Маркс энд Спенсер». Был период январских распродаж, и магазины на Клаппергейт работали даже по воскресеньям. Сейчас женщины двигались в сторону автобусной остановки, чтобы отправиться или в новый район Девоншир, или на террасы Андербэнка.

Бену не хотелось быть сейчас среди этих людей. И не потому, что он их не знал, а потому, что они могли узнать его и пожалеть, увидев, как он читает табличку. Поэтому Купер решил срезать путь, поднявшись до Холлоугейт и выйдя под городскими часами на рыночную площадь. Потом можно будет пересечь площадь и, пройдя через Подъем Зудящей Задницы, добраться до светофора на Фаргейт.

***

Проходя по рыночной площади, полицейский обратил внимание на то, что она была абсолютно пустынна. По ней бродила только стая голубей, которые тщетно пытались отыскать объедки, оставшиеся с последнего рыночного дня. Перед военным мемориалом, расположившимся в середине площади, стоял одинокий мужчина в желтой ветровке – казалось, что ему просто некуда идти. Может быть, это так и было. В Идендейле хватало бездомных, и некоторые из них могли не пережить эту зиму.

Купер подошел к началу переулка под названием Ворота Хитроумного Джона, где через реку был перекинут небольшой пешеходный мост. Дальше дорога разделялась на Подъем Зудящей Задницы и улицу, которая вела к Скалистой Террасе. Брусчатка рядом с мостом была только что переложена, но тем не менее улицы, круто спускавшиеся к мосту, шли под очень острыми наклонами. Вдоль стен домов, по обеим сторонам реки, лежали кучи снега, и никому даже в голову не пришло осветить фонарями абсолютно темные переулки, скрывавшиеся между высокими зданиями. Под мостом ревела река Иден, которая пробивалась между двумя узкими берегами. Когда Бен переходил мост, то почти оглох от этого рева.

Ему показалось, что впереди он заметил какое-то движение, и Купер в нерешительности остановился у начала Подъема Зудящей Задницы. Но оказалось, что это только тающий снег, который, превращаясь в воду, стекал по карнизу старого здания кино. В тех местах, где струйки воды попадали на лужи, которые стояли между булыжниками, на поверхности луж была видна рябь. Переулок освещался только светом фонарей на рыночной площади, которые находились за спиной у Бена и отражались в лужах и на серых сугробах грязного снега. Констебль никогда раньше не волновался, когда ему приходилось ходить по ночным улицам Идендейла, но он знал многих женщин, которые, перед тем как выйти из дома, мысленно проверяли, в безопасности ли их сумочка, хорошо ли освещена улица, не безопаснее ли будет воспользоваться такси, удобно ли бегать в обуви, которая на них надета…