– Добрый вечер. Отель «Кавендиш».

– У вас проживает мисс Элисон Моррисси? – поинтересовалась Диана.

– Да. Вы хотите, чтобы я узнала, у себя ли она?

– Спасибо, это не важно, – ответила девушка и повесила трубку, решив, что можно не сомневаться, чем заняты все мысли Бена Купера в настоящий момент. Сам старший суперинтендант сказал ему, что у Управления сейчас нет возможности помочь канадке в ее безнадежных поисках, но для Купера все безнадежное воспринималось как дополнительный вызов. Фрай вспомнила женщину, которую видела по телевизору, ту самую женщину, которая не так давно болтала с Беном в Андербэнке.

«Позвоните Элисон» – было написано на бумажке. Значит, во всем этом деле у Бена был свой личный интерес.

Сержант аккуратно приклеила бумажку на то же самое место. Надо серьезно обдумать, что со всем этим делать.

Вернувшись к разыскному делу Мари Теннент, Диана поняла, что кто-то регулярно пополняет его последними отчетами, включая отчет по найденным останкам младенца. Она быстро пробежала глазами бумаги от судмедэкспертов, а потом и заявление одного из офицеров, который появился на месте находки сразу же после того, как кадеты обнаружили кости. Это было подробное описание места действия, сделанное женщиной-полицейским, которая постаралась тщательно зафиксировать все, включая и то, что на первый взгляд не имело никакого смысла. Она потратила время на поиски свежих следов возле остатков самолета, несмотря на то что кости были уже старыми. Читая между строк, Фрай поняла, что на женщину большое впечатление произвели старые кости в сочетании с новой одеждой, так что она специально старалась переключить свое внимание на что-то еще.

По странной случайности одно из наблюдений этой женщины касалось маков. Не живых, а тех бумажных или пластиковых цветов, которые обычно продают перед Днем памяти погибших, чтобы собрать деньги в фонд помощи ветеранам. В ноябре многие люди прикрепляли их к лацканам своих пальто, и целые венки из них возлагались к военным мемориалам по всей стране. Создавалось впечатление, что такие маки кто-то оставил у останков «Ланкастера». Диану это не удивило, потому что эти обломки тоже были своего рода военным мемориалом. Но в отчете было указано, что маки были оставлены совсем недавно, несмотря на то что на улице был январь и День памяти погибших давно прошел.

Казалось, что это не очень важно, но Фрай знала по собственному опыту, что такие детали, если на них наткнуться в нужное время, могут впоследствии сослужить важную службу. Она подчеркнула фразу о маках красным карандашом и продолжила чтение отчета, когда зазвонил ее телефон.