– Опять работаешь сверхурочно? Думаю, что мы можем получить эти улики. Пожалуй, вдвоем нам это удастся.

– Что? Бен, ты что, просишь меня о помощи?

– Здесь может сработать неожиданный подход. Нам полезно будет еще раз встретиться с Джорджем Малкиным.

– По какому поводу?

– По поводу денег.

– Каких денег?

– На зарплату служащим трех авиационных баз, которые были в «Ланкастере» в ночь аварии. Деньги пропали, и их так никогда и не нашли. Так вот, мне кажется, что у Малкина может быть хотя бы часть этих денег. Возможно, его отец был в доле с двумя служащими сил самообороны, которых подозревали в краже. Они могли умыкнуть деньги и спрятать их в «Заросшей лощине», чтобы потом поделить. Ну, я не знаю… Но сейчас у Малкина их нет. Кажется, он продал все авиационные сувениры, которые у него были, оставив себе только старые часы, и меня интересует, кто покупал у него все это барахло. И еще, Диана, меня очень интересует, что же произошло с деньгами.

– Будем надеяться, что это не очередной никчемный полет твоей фантазии, – сказала Фрай. – Я буду ждать тебя у центрального входа.

***

Когда они добрались до Харропа, стояла уже полная темнота, а когда вошли в дом Джорджа Малкина, Бен заметил, как Диана уже сняла было пальто, но потом передумала, задрожав от холода. Она поплотнее закуталась в него и покрепче завязала шарф.

– А я действительно становлюсь популярной фигурой, – сказал Малкин. – Живу в самом центре светской жизни…

– Нам жаль, что пришлось вас опять побеспокоить, сэр, – вздохнул констебль.

– Ну конечно, а как же иначе?

Гостиная выглядела так же, как и раньше, когда Купер был здесь в первый раз. Старый фермер так и не научился задергивать шторы на ночь. Да и смысла в этом никакого не было – в округе не было других домов, а по дороге не ездил никто, кроме его друга, Рода Уитакера, который отсюда управлял своим логистическим бизнесом и держал овец на близлежащем поле. На одном из подоконников стояла коллекция пустых стеклянных банок. Все они были похожи на те, в которых обычно продают клубничный джем или мармелад, но этикетки с них были содраны, и они были чисто вымыты для какой-то давно забытой цели. И вот теперь банки стояли и собирали на себя пыль и грязь. На дне одной из них, находившейся ближе всего к Бену, лежали несколько мертвых, высохших пауков. Тонкие, хрупкие лапы, толщиной не больше человеческого волоса, были прижаты к их тушкам. Было видно, что пауки безропотно приняли смерть в своей малопонятной тюрьме.

– Сколько времени вы уже живете в одиночестве? – спросил Купер.

– Уже почти три года, как Флоренс переехала в дом престарелых, – сказал Джордж.