– Там ведь была куча денег, – напомнил ему Купер. – Мы хотели бы знать, что вы с ними сделали. На что потратили?

На лице старика появилась глуповатая смущенная улыбка.

– Вы мне не поверите.

– А вы все-таки попробуйте. Мы слышали, на что люди обычно тратят свои деньги. Отдых за границей? Женщины? Или вы их проиграли?

– Ни то, ни другое, ни третье…

– На что же тогда?

– Я их вообще не истратил. Они все еще у меня.

– Шутите! – уставился на него Бен.

– Я же сказал, что вы мне не поверите.

– Вы неожиданно стали владельцем целого состояния и хотите уверить нас в том, что просто положили его в банк на черный день? И ничего не истратили?

– Нет, не истратил. Но в банк я их тоже не клал.

– Вы говорите бессмысленные вещи.

– Я вам их сейчас продемонстрирую, – ответил Малкин.

С этими словами он повел Купера и Фрай в сад, из которого они вышли через ворота, после чего пересекли занесенный снегом загон для скота. Для того чтобы иметь возможность продвигаться вперед, им приходилось наклоняться навстречу ветру и высоко поднимать ноги, чтобы не увязнуть в снегу. Казалось, что Джордж не замечает этих неудобств. Он шел через загон, как тягловая лошадь, опустив голову и приподняв плечи, чтобы защититься от ветра.

В дальнем конце загона были ступеньки, выбитые в стене. Осторожно спустившись по ним, все трое оказались по пояс в сугробе, нанесенном ветром с другой стороны стены. Им пришлось приложить усилия, чтобы выбраться из него, и у них сбилось дыхание. Прямо перед ними оказалось еще одно поле, которое с незаметным уклоном переходило в скалистое основание холма. Последние несколько ярдов фермер и его спутники прошли по почти чистой от снега поверхности.

Только оказавшись прямо перед основанием холма, полицейские поняли, что подошли к входу в старую шахту. Он был не очень широким и казался не более чем расселиной на поверхности скалы. Например, Малкину, с его плечами, было трудно протиснуться в него и пришлось повернуться боком. Ветер надул в этот проход тонкий слой снега, но через пару футов пол стал влажным и заблестел в свете старой велосипедной фары, которую старик извлек из кармана.

– Надо было захватить фонарь из машины, – посетовала Фрай. – Я почти ничего не вижу.

– Разберемся, – сказал Малкин. – Мы же не читать сюда пришли.

Как и все пещеры или шахты, даже самые маленькие и незначительные, эта была полна непонятных шумов и шорохов, которые эхом отражались от ее самых темных углов. Скальные выступы в тени неожиданно принимали вид темных сжатых кулаков. Запах мокрого песка и влажность, висевшая в воздухе, накрывали шахту толстым одеялом, и спустившимся туда людям показалось, что они с головой опустились ниже поверхности воды.