Бен был в перчатках, а завязки на первом мешке подмерзли и ломались, так что он с трудом вытащил их из пряжек. Наконец откидной клапан открылся, и он понял, что мешок напоминает седельную сумку, вроде тех, что были у наездников в вестернах. Внутри мешка лежало что-то белое и твердое. Констебль не мог поверить в то, что видел у себя перед глазами.

– Поднесите свет поближе, – попросил он.

Стоявшая рядом Диана тоже наклонилась над мешком. Купер слышал, как она дышит ему прямо в ухо, и видел облако ее дыхания, плывущего в луче света от велосипедной фары. Бен тряхнул содержимое мешка, и ему в руки вывалилась белая масса. Она оказалась совсем не монолитной, а состояла из плотных упаковок, которые слиплись от проникшей в кожаный мешок влаги.

Констебль еще больше наклонил его, и на пол вывалились бумажные упаковки. Они походили на пласты снега, которые выпадали из мешка и распадались на грязноватые кристаллические прямоугольники. И хотя Бен раньше никогда не видел таких бумажек, он понял, что это такое.

– Банкноты, – сказал полицейский.

– Этого не может быть! – произнесла Фрай.

– Думаю, что сейчас ты в это поверишь.

– Но они белые… Они что, выцвели? Или это иностранные деньги?

– Нет, – ответил Купер. – Это английские фунты стерлингов.

Он поднял голову. Невозмутимое лицо Джорджа Малкина едва можно было разглядеть. Было удивительно, как такой крупный человек смог практически раствориться в тенях, начинавшихся за кругом света, падавшего от фары.

– Мистер Малкин, а вы что скажете? – обратился к нему Бен.

– Вы правы, – ответил старик. – Хотя неудивительно, что вы никогда их не видели. Вы оба еще слишком молоды.

– Я о них слышал, – сказал Купер. – Это ведь пятифунтовые банкноты. Их вывели из оборота лет пятьдесят назад.

– Именно так. Это так называемые белые пятерки[156]. Ими выплачивалась зарплата на авиабазе Бенсон.

***

Все вместе они перенесли мешки в дом. Лежавшие на столе в гостиной банкноты смотрелись абсолютно на своем месте, словно вернулись назад, в свое время. Все выглядело так, как будто какая-то часть жизни Малкина осталась в 1945 году и никогда после этого не изменялась.

– Сначала мы подумали, что это сбили немецкий самолет, – продолжил свой рассказ хозяин дома. – Ходили слухи, что как раз перед этим один из «Юнкерсов» сбили над Манчестером. Поэтому мы и решили, что нет ничего такого в том, что мы заберем мешки.

– Но ведь позже вы узнали, что самолет английский… – заметил Бен.

– …но было уже слишком поздно. Мы знали, что не можем никому рассказать о деньгах. Тед под страхом смерти запретил мне говорить о них. Но меня и не надо было об этом предупреждать. Я всегда знал: Тед сам решит, что делать с этими деньгами. Был уверен, что у него есть план. Он мне о нем никогда не рассказывал, потому что для него я был просто занудой – младшим братом, а я и не интересовался, что он там придумал. Когда его призвали на службу, я решил, что деньгами мы займемся после того, как он вернется. Я думал, что тогда он поделится со мной своими планами, потому что мне будет уже семнадцать и я стану достаточно взрослым. Но, к сожалению, Тед так и не вернулся.