Зак наконец совладал с дверцей.

— Осторожней, парнище.

Рид вылез из машины.

Зак порывисто обнял отца, и тут его улыбка поблекла: он почувствовал знакомый пропойный запах. Мальчик отступил назад, и ему стали заметны покрасневшие отцовы глаза, небритость и припухлость на лице.

— Ты, наверно, всю ночь писал рассказ про похитителя детей, поэтому не забрал нас в аэропорту, да, пап?

Рид долго смотрел сыну в глаза.

— Что-то в этом роде, сынок.

— Мама на тебя ох как злится.

— Имеет на это полное право.

В дверном проеме Рид заметил силуэт Энн и положил руку на плечо сына. Так они вошли внутрь. А когда входили, Зак увидел, как отъезжает тот белый минивэн.

Войдя в дом, Зак сделал так, как ему велела мать: поднялся к себе в комнату и закрыл дверь. Хотя все равно слышно, что они там говорят. Поэтому он тихо ее открыл, лег на пол и все слушал.

— Где тебя черти носили, Том?

— Энн, я тебя не виню за…

— Ты обещал нам, что будешь там.

— Я знаю, но тут такая буча разыгралась с похищениями. И я…

Сколько раз он причинял Энн боль, заводя разговор с того, что что-то там «разыгралось». Ее лицо под взъерошенными волосами покраснело, карие глаза сузились. Она сняла туфли, шелковая блузка чуть выскользнула из-под юбки. Господи, она сейчас взорвется.

— Ты ужасно выглядишь и воняешь, — безжалостно сказала она.

— Все очень сложно. Я могу объяс…

— Ты нынче был с Молли Уилсон? Последний разок перед броском?

— Что? Да как ты могла подумать?