На столе у него лежал запечатанный конверт. Он вскрыл его и достал сложенный вдвое листок. На нем был написан пароль, который директор обсерватории должен был ввести, чтобы объявить тревогу десятого уровня. Десятый уровень означал максимальную опасность. Он означал, что будут закрыты метро, школы, детские сады, парализовано наземное городское движение – трамваи, автобусы, паромы, – и после полудня закроется большинство торговых центров и служб.

Нашествие чудовища ожидалось с 18 до 19 часов. Уже при объявлении девятого уровня опасности гонконгцы начали баррикадироваться, заклеивать окна крест-накрест клейкой лентой, завинчивать деревянные ставни на витринах, разбирать леса и помосты и укрывать автомобили, насколько возможно.

* * *

Мойра улыбнулась, поглаживая его грудь, и посмотрела в окно. С другой стороны улицы, на окнах квартир над «Бургер-Кинг», она заметила черные звезды клейких лент.

– Это что? – Мойра лежала голышом рядом с Чанем, посреди смятой постели.

– Что «что»?

– Эти штуки на окнах…

– А, это… Это из-за тайфуна.

Она слегка вытянула шею в том направлении, а рука ее тем временем нашаривала под простыней предмет, который уже выполнил свою задачу, но она собиралась его снова оживить.

– Что за тайфун?

На этот раз уже Чань вытянул шею.

– Ты шутишь?

– Нет, – ответила она, забирая себе в горячую руку его член вместе с яичками.

– Мойра!

– Что?

– Только не говори, что ты не в курсе!

От этого окрика она позабыла о том, что находится в ее руке.

– В курсе чего?

И Чань рассказал о чудовище, которое должно нагрянуть к вечеру. Мойра слушала очень внимательно. И поняла, что все последние дни прожила, словно задержав дыхание. Совсем оторвавшись от окружающего мира. Она уже давно не включала телевизор, не просматривала новости в Интернете. Подумав, вспомнила, что заметила накануне вечером рабочих в кампусе Центра, а сегодня утром слышала стук молотков.

– Это действительно так серьезно? – поинтересовалась Мойра.