Он отступил назад, когда в кабинку вошли санитары, чтобы увезти каталку в рентгеновский кабинет. Кожу его покалывало, словно от живота к спине маршировал полк насекомых.
И тут страх — холодный и ужасающий — начал незаметно заливать его тело.
3
3
Рассвет только-только подернул небо серым, когда они выходили из больницы, — Бернис по-прежнему с ярко-красными губами и закутанная в теплую и слишком большую дубленку.
Дядя Дэвида так и не пришел больше в сознание и лежал теперь в больничной палате. Дэвид удостоверился, что цвет лица у него здоровый, дыхание и пульс сильные и ровные. Теперь им ничего не оставалось, кроме как ждать, что природа сделает свое дело. Если повезет, через несколько часов старик очнется сам. У него, конечно, будет головная боль, как от распоследнего похмелья, но по крайней мере он будет на пути к выздоровлению.
Уже на стоянке, когда они садились в «вольво», Дэвид спросил:
— Ты не против, если, перед тем как вернуться в гостиницу, мы заедем проверить дядин дом? Я хочу убедиться, что там все заперто.
Бернис кивнула, но что-то ее, очевидно, тревожило.
— Твой дядя словно предупреждал тебя. К чему все эти разговоры о том, что ты должен сам взять все под контроль, иначе мы все погибнем?
— А, это долгая история. — Дэвид устало улыбнулся. — И больше похожая на фантастическую сказку, если уж на то пошло.
Бернис улыбнулась в ответ, но голос ее прозвучал серьезно:
— Предположим, я верю в сказки. — Она внимательно смотрела на него. — Почему бы тебе не рассказать мне ее?
— Ладно. — Дэвид кивнул, спрашивая себя, с чего это она так заинтересовалась словами старика. — Я расскажу тебе то, что рассказал мне он.
Пока Бернис переключалась на заднюю передачу и задом выводила машину со стоянки, Дэвид начал рассказ.
Глава 25
Глава 25
1
1
К тому времени, когда они подъехали к Милл-хаус, небо было уже ровно серым. За десять минут езды Дэвид успел пересказать Бернис всю семейную легенду. Девушка слушала с напряженным вниманием, как будто его рассказ имел непосредственное отношение к ее собственной жизни.