— В таком случае перед нами следующие препятствия, — сказала Сперанца. — Сможем ли мы призвать Сета во второй раз, если будем причитать по покойнику, не имеющему к нему никакого отношения? Поможет ли нам безымянный мертвец?
Я сильно сомневался в том, что от безымянного мертвеца может быть какой-нибудь толк, однако был согласен с предложением Сперанцы вернуться на кладбище Манор-Парк и убедил в этом Кейна. Но прежде чем мы покинули ее салон, Сперанца перемолвилась со мной наедине, отослав Кейна в ее кабинет, чтобы он подписал ей экземпляр «Судьи с острова Мэн». На самом деле это был
— Соберитесь с духом, Брэм… И вооружитесь, ибо я напоминаю вам, что в редчайших случаях, но сейчас именно такой, мой римлянин рекомендует убийство. И не думаю, что это должен сделать Холл Кейн.
— Сперанца, — вырвалось у меня, — я не могу.
— Не можете, — сказала она, — однако, скорее всего, будете вынуждены, и тогда вы это сделаете…
И если так — упаси меня Всевышний! — чтобы набраться сил, мне придется вспомнить слова Бертона.
«В диких краях жизнь любого человека подвергается опасности днем и ночью, и он должен быть постоянно готов к самым решительным действиям. В противном случае ему лучше воздержаться от подобных авантюр».
Письмо Торнли Стокер — Брэму Стокеру
Письмо
Торнли Стокер — Брэму Стокеру
Брэм, мой дорогой брат!
Спешу заверить, что задержка с ответом на твое письмо от 17-го числа вызвана лишь тем, что здесь, в Дублине, у меня было много хлопот с Эмили, которой стало хуже. Твоя Флоренс, должен сказать, для нас настоящий бальзам, а Ноэль — сущее благословение. Уверяю тебя: я буду только рад, если они пробудут здесь, в Эли-плейс, столько, сколько потребуют твои обстоятельства. Их общество приятно и мне, и моей бедной жене. Но прости, я краду твое время: твои заботы сейчас гораздо важнее моих.
На твоем месте я бы беспокоился и по поводу американца, и по поводу Эбберлайна — именно