Внезапно откуда-то слева послышался его голос:

– Эй, вылезай-ка, пацан! Я знаю, где ты!

Я уже готов был повиноваться – голос Бодина звучал очень убедительно, но вовремя понял, что тьма для него оставалась такой же непроглядной, как и для меня. Поэтому, стиснув зубы, я промолчал и остался лежать неподвижно.

Еще через несколько секунд голос Бодина раздался подальше:

– Вам не спрятаться от нас, маленькие ублюдки! Лучше сразу вылезайте, а то хуже будет!

Он уходил от меня все дальше. Я выждал еще пару минут, прислушиваясь, как перекликаются в лесу Блэйлоки. Судя по всему, и Бену, и Дэви Рэю удалось ускользнуть, а Большое Дуло теперь сходил с ума от злости.

– Вы найдете мне этих проклятых сопляков, пусть даже для этого вам придется бродить по лесу всю ночь! – орал он на своих сыновей.

А те отвечали ему покорно и односложно:

– Хорошо, сэр. Мы найдем их, сэр.

Решив, что настала пора улепетывать, пока позволяет ситуация, я встал и начал осторожно, как побитый щенок, пробираться вглубь леса.

Я понятия не имел, куда иду, зная лишь одно: надо убраться как можно дальше от Блэйлоков. Какое-то время я размышлял, не вернуться ли по собственным следам, чтобы разыскать друзей, но отказался от этой затеи из страха, что Блэйлоки схватят меня. Я продолжал идти дальше во тьму. Встреча с рысью или гремучей змеей представлялась мне менее опасной, чем то, что могли сотворить со мной преследовавшие меня двуногие звери.

Я шел, может быть, с полчаса; потом на пути мне попался большой валун, к которому я прислонился, усевшись рядом. При свете звезд я осознал, что оказался в весьма неприятной ситуации: рюкзак со всем содержимым остался у нашего костра, который теперь находился неизвестно где. У меня не было ни воды, ни еды, ни фонарика, ни спичек, ни Дэви Рэя с его компасом.

И тут мне пришла в голову убийственная мысль: мама была права – мне следовало дождаться тринадцатилетия.

Глава 8 Чили Уиллоу

Глава 8

Чили Уиллоу

Мне и прежде приходилось не спать ночами, ожидая наступления рассвета. Например, когда у меня случился острый фарингит: болело горло, и я не спал всю ночь – каждая минута казалась мне мучением. Или когда у Бунтаря завелись глисты, и всю ночь он скулил и кашлял, а я не мог заснуть. Однако эта ночь, которую я провел, скрючившись под валуном, стала для меня вечностью, наполненной раскаянием, страхом и чудовищным дискомфортом, – все это втиснулось в рамки шести часов. Одно я понял наверняка: это был мой последний поход в лес с ночевкой. От любого звука я подскакивал на месте и всматривался в лесную тьму, видя неясные, но внушительные силуэты там, где росли только тощие сосенки. Я готов был швырнуть в костер самый дорогой моему сердцу номер «Нэшнл джиографик», если бы получил взамен пару сэндвичей с ореховой пастой и бутылку «Грин Спот».