— Не нужны. Но если о них зашла речь…

— Доллары получите от Мод, — прерывает меня Сеймур. — Думаю, она уже успела перенести их из моего «мерседеса» в свой. Ну, надеюсь, мы с вами больше не увидимся.

— Я тоже горячо этого желаю.

— Вы меня неправильно поняли. Если мы не увидимся, это будет означать, что все прошло хорошо. А вообще, я бы не против выпить с вами по рюмке во время будущих каникул. Правда, вы очень нелегкий собеседник, но скажите мне, что легко на этом свете?

Скрип песка свидетельствует о том, что он удаляется.

Большой день. Мод, кажется, считает, что начало такого дня непременно следует отметить щедрым завтраком — она два раза бегает к столу, где для посетителей выставлены булочки, конфитюры, сыры и колбасы. А я, наоборот, считаю, что мозг лучше работает на пустой желудок, поэтому довольствуюсь обыкновенным кофе.

— За руль сядете вы, Альбер, — говорит Мод, когда мы немного погодя выходим из гостиницы. — Отныне каждому следует сидеть на своем месте.

— Я считал, что мое постоянное место — место покойника. Но если вы настаиваете…

— Не надо начинать день разговорами о мертвецах, — советует дама.

А когда я мчусь по Хауптштрассе слишком быстро, она добавляет:

— И не надо рисковать превратиться в покойника вот тут, на шоссе.

— Выруливайте вверх! — приказывает женщина, когда мы достигаем перекрестка на окраине.

Выскакиваю главной трассой на верхушку холма, потом сворачиваю в сторону и еду вдоль бетонной ограды, миновав строгую надпись: ЗАПРЕТНАЯ ЗОНА. АРМИЯ США.

— Наверное, это и есть владения Томаса, — бросаю я.

— Да, тут склады, — подтверждает Мод. — Теперь сворачивайте направо, я выйду на повороте.

— А где я вас заберу назад?

— Обо мне не беспокойтесь. Встретимся в гостинице.

Дорога круто бежит вверх, потом заворачивает и снова поднимается на холм, покрытый сосновым лесом.