— Просыпайтесь, Майкл, — слышу хрипловатый голос.

Голос доносится издали, потому что как раз в этот миг я потонул в бездонной глубине, из которой я не хочу выныривать на поверхность для пустой болтовни.

— Просыпайтесь, Майкл, быстрей! — снова раздается голос.

— А? Что случилось? — бормочу я, стараясь стряхнуть с себя сон.

— Тот тип… Наверное, он ищет вас… Его сюда нельзя впускать, — объясняет американец, трогая меня за плечо.

Сделав усилие, поднимаюсь и припадаю к щели в ставне.

На поляне перед виллой остановился черный «опель» — странно, как я не услыхал! — а в «опеле», если мне не изменяет зрение, сидит так называемый шеф Мод — мистер Фрэнк или Франк.

Когда я выхожу наружу, он делает мне энергичный знак подойти.

— Здравствуйте, Каре… Возьмите сумку на заднем сиденье… Это вам передала Мод.

Едва я успел взять сумку, выслушав его невразумительный монолог, как Франк махнул на прощанье рукой, и машина скрылась.

— А тип очень напуган, — замечает Сеймур, когда я возвращаюсь в комнату. — Это плохо.

Он нетерпеливо достает из емкой базарной сумки колбасу, брынзу, консервы, хлебцы — чего там только нет! Наконец вынимает маленький заклеенный конверт:

— Это вам…

— Еще чего! — возражаю я.

— Вскрывайте, это вам, — настаивает американец.

Действительно, на конверте скромно обозначено мое имя. Внутри записка с лаконичным текстом: «Много не ешьте» — и второй конверт — уже без надписи.

— А это мне, — говорит Сеймур.

Он вскрывает конверт, быстро пробегает глазами коротенькое письмо, потом глядит на меня и снова перечитывает. Его всегда угрюмое лицо, кажется, стало еще угрюмей.

— Наверное, плохие новости?

Он задумчиво смотрит на меня, словно все еще обдумывает то, о чем речь идет в письме, потом спокойно говорит: