— Что за невезение! Боже мой, что за невезение! А потом?

Бельяр устало поднял руку.

— Она была дьявольски импульсивна, — прошептал он. — И потом, у нее было своеобразное понятие о чести. Я убил Сорбье. Она хотела убить Монжо. Не только затем, чтобы заставить его молчать, но и для того, чтобы доказать мне, что готова на все, что ни о чем не жалеет, что разделит со мной весь риск, да мало ли еще что!

— Между вами был Монжо.

— Пожалуй.

— А… револьвер?

— У нее был второй ключ от моей машины. Она взяла револьвер в тот день после обеда. Когда мы ехали в морг, я при ней положил его в ящик для перчаток. На следующий, день она мне его вернула.

— К несчастью, рука у нее оказалась не такой твердой…

Марей чуть было не сказал: «как у тебя». Он умолк, сделал несколько шагов, машинально собрал листы, затем, тряхнув ими, добавил:

— Остальные события я восстановил сегодня ночью. Поправишь, если ошибусь. Услышав мой голос, Линда вышла в прихожую и спряталась на кухне. Я же, увидев раненого Монжо у лестницы, конечно, сразу бросился на второй этаж. Она юркнула за дверь… и, пока я рыскал по дому, ты открыл ей калитку.

— Да.

— Как просто! И какой же я был дурак!.. А когда Монжо лежал в больнице, чего я только не напридумывал! Всех нас заворожил этот цилиндр. Потом уже события стали развиваться своим чередом. Монжо был не так глуп, чтобы доносить на Линду. Дела его пошли на поправку, и он замыслил небольшой шантаж. Так ведь?

— Так.

— В тот вечер, когда мы с Фредом следили за ним, он звонил Линде?

— Да. Он требовал свидания. Линда не могла снова пойти на набережную Мишле, да и подвергнуться риску быть замеченной в обществе Монжо тоже не могла.

— Тогда она попросила его прийти к ней.

— Выбора не оставалось. Мариетта как раз уехала, большинство соседей были в отпуске. Она решила, что, если Монжо придет попозже, его никто не увидит.

— И Монжо согласился? Не побоялся, что его пристрелят?

— Нет, он принял необходимые меры. Во всяком случае, он уверял, будто отправил нотариусу письмо, в котором обо всем рассказал. Если с ним что-нибудь случится, письмо вскроют.

— Думаю, пускал пыль в глаза.