— С Новым годом, полковник Сполдинг, — вдруг раздался из подворотни резкий голос.

— Что? — Дэвид остановился и всмотрелся во тьму. Он увидел стоявшего неподвижно высокого мужчину в светло-сером плаще. Его лицо скрывали поля шляпы. — Что вы сказали?

— Поздравил вас с Новым годом, — ответил мужчина. — Излишне объяснять, что я шел за вами следом. А несколько минут назад обогнал.

Человек говорил с акцентом, Дэвиду не известным — по-видимому, среднеевропейским.

— Ваши слова меня удивляют и, сказать по правде, настораживают. — Сполдинг не терял самообладания, хотя оружия у него не было. — Что вам угодно?

— Хочу поздравить вас и с возвращением на родину. Ведь вы давно не были в Америке.

— Спасибо. А теперь, если не возражаете…

— Возражаю! Ни с места, полковник. Ведите себя так, будто беседуете со старым приятелем!

Из подъезда выскользнула парочка. Юноша и девушка торопливо прошли между Сполдингом и мужчиной. Дэвида так и подмывало воспользоваться ими как прикрытием, но два соображения остановили его: во-первых, не стоило подвергать опасности невинных людей, а во-вторых, мужчину надо было выслушать. Если бы он хотел просто убить Сполдинга, он бы уже это сделал.

— Хорошо, я стою… Так в чем же дело?

— Сделайте два шага вперед. Всего два. Не больше.

Дэвид послушался. Теперь лицо мужчины виделось яснее — узкое, изможденное, изрезанное морщинами. Глубоко посаженные глаза сверкали, отчего круги под ними казались совсем темными. Но лучше всего Дэвид различил матовый блеск пистолетного дула и еще то, что человек постоянно бросал взгляды влево, Дэвиду через плечо. Он искал кого-то, ждал.

— Хорошо. Вот ваши два шага. Теперь между нами никому не пройти… Вы кого-то ждете?

— Я слышал, резидент в Лисабоне — человек очень уравновешенный. Теперь вижу, это правда. Да, я жду: вскоре за мной приедут.

— И я поеду с вами?

— Зачем? Я просто должен вам кое-что сообщить… о катастрофе на Терсейре. Сожалею о ней, там поработали фанатики. Тем не менее считайте, что вас предупредили. Ненависть не всегда удается обуздать — это вам должно быть известно. И агентам в Ферфаксе тоже. Вот моя машина. Отойдите вправо.

Дэвид исполнил приказ, а мужчина спрятал пистолет в карман, вышел на тротуар и добавил:

— Помните о нас, полковник. Переговоров с Францем Альтмюллером быть не должно. Ни в коем случае.

— Подождите! Я не понимаю, о чем вы говорите. Никакого Альтмюллера я не знаю.

— Повторяю, ни в коем случае! Помните об уроке Ферфаксу!